— У вас, девочки, какие-то нелепые фантазии. Не иначе, как вы намерены устроить двойную свадьбу в сентябре вместе с Кристи и Джереми?
Дочери захихикали.
— Мы были бы не против, — начала Эйприл.
— Но все зависит от тебя, — поддержала сестру Бетани.
Тут с ревом проснулся малыш.
— Фидо захотел ням-ням, — очень торжественно заявила Эмили. — Это значит, что моя мамочка будет кормить его на груди.
— Ты хотела сказать грудью, глупая! — Даниэлу не впечатлили познания кузины о том, как кормят младенцев.
— Девчонки, не мешайте! — Эйприл потянулась за крошечным сыном, и Джулия неохотно рассталась с ним.
— Пожалуй, я чуточку прогуляюсь. — Джулия встала. Теперь, когда у нее забрали младенца, она не находила себе места. — Может быть, маленькие девочки тоже хотят прогуляться со мной вместе?
— Ба, пойдем со мной, — заявила Даниэла, потянув Джулию за руку. — Я хочу показать тебе, где надо сделать песочницу!
— Да, песочницу! — поддержала ее Эмили. — А еще качели и маленький бассейн. О’кей, ба?
Джулия заспешила за внучками, радуясь возможности хоть на время сбежать от дочерей. «Мои своенравные маленькие женщины», — думала она. Она находила довольно забавной их манеру командовать. Слава Богу, за дискуссией о том, где установить песочницу и качели, тема о вероятной личной жизни Джулии была забыта.
— Послушай, я хочу провести день в настоящем городе.
— Джулия… ты прямо читаешь мои мысли, — радостно отозвалась на другом конце провода Селена. — Я тоже вспоминала Манхэттен. Мы съездим туда?
— Да. Сядем на первый попавшийся поезд, а потом попробуем достать билеты на какое-нибудь хорошее дневное представление на Бродвее, прогуляемся под весенним солнцем, прикидываясь, будто мы жительницы Нью-Йорка…
— …а не какие-то там провинциальные тыквы. Слушай, — сказала Селена, — встретимся через час на вокзале.
— А если через полчаса?
— Еще лучше.
Выходя из дома, Джулия подумала, что не виделась с Беном с того обеда в «Колониальной таверне». Правда, она позвонила и поблагодарила его за цветы, но после этого он не заходил. И это казалось ей странным, поскольку обычно Бен несколько раз в неделю копался у нее на участке.
«Видимо, он занят», — подумала она и с легким сердцем заперла дом.
Джулия затосковала по Нью-Йорку. Если уж она не могла поехать в Афины и Дельфы, то уж по крайней мере подышит воздухом Большого Яблока[2].
Селена, нарядившаяся в голубые брюки и свитер с цветочными аппликациями весенних тонов, ждала ее в привокзальном ресторане. Джулия же надела шелковую блузку золотистого цвета и удобные черные слаксы, в ушах ее позвякивали огромные золотые серьги-кольца.
Поезд с грохотом подъехал к вокзалу через несколько минут после их появления на платформе. Вскоре они уже удобно устроились в старых массивных креслах.
— Замечательная мысль, — воскликнула Селена. — Каждому бывает необходимо время от времени развеяться в большом городе.
— Я так рада, что ты согласилась поехать со мной.
— Никаких проблем, Джулия. А что мне еще делать? Белье стирать?
— В последнее время мы редко выбирались с тобой куда-нибудь.
— Верно. Но я думала, что ты слишком загружена подготовкой к свадьбе.
— Иногда мне кажется, что все обойдется без моего участия. Кристи со своей командой обустраивает участок, девочки хлопочут насчет «ливня», Бен сажает цветы… а сама я чувствую себя пятым колесом.
— Разве ты не помогала Бену на прошлой неделе?
— Хм-м, да. Ну, а вчера на меня набросились Эйприл и Бетани и стали выведывать, что там у меня с Беном… И я не нашла ничего лучше, как сбежать в Нью-Йорк.
— А я считаю, что ты счастливая, раз дочери так озабочены твоими делами. Хоть бы мои так волновались за меня. Но куда им — нет времени, все деньги зарабатывают тоннами.
Джулия задумалась над словами Селены и решила, что она, возможно, и права; лучше уж иметь дочерей, которые приезжают и заботятся о тебе. Иногда.
Она посмотрела в окно на проносившиеся мимо зеленеющие деревья, сверкающие серебром озера, маленькие городки штата Нью-Йорк с церковными шпилями и железнодорожными складами. Поезд мирно стучал колесами, и Джулии приятно было думать, что скоро они окажутся в самом грандиозном городе мира.
Едва они въехали под своды Центрального вокзала, как Джулия почувствовала, что она дома. Тут она росла, тут остались ее корни, а душа никогда не переставала любить этот город.
Прежде всего они направились на 47-ю улицу и встали в очередь за театральными билетами. Счастье улыбнулось им — они купили два билета на дневной спектакль недавно поставленной пьесы Нейла Саймона.
— Итак, утро в нашем распоряжении, — воскликнула Селена. — Ну, Нью-Йорк, держись! Идут две веселые вдовушки!
Они наведались в магазин детской игрушки Шварца и купили маленькие, чтобы было легко таскать с собой, подарки для внуков. Побродили по Музею современного искусства, отведали страшно дорогих шоколадных трюфелей в какой-то кондитерской.
После пьесы они заскочили в собор Святого Патрика, где каждая зажгла свечу. В церковной тишине Джулия встала на колени, склонила голову и помолилась сначала за Джея, а потом за всю семью.
Уходя, она заметила:
