И вот тут не было возражений. Ждать столько времени. Да за несколько часов можно сойти с ума. Мы быстро соорудили из стола и стульев что-то вроде лестницы. Кид, как самый высокий из нас, взгромоздил командира себе на плечи. Ордо снял решетку, передал ее нам и тихо исчез в шахте.
Целая вечность прошла с того момента, как командир растворился в черном квадрате вентиляции. Он вернулся и, погрузившись в беспокойное молчание, рассматривал наши лица. Казалось, Ордо стал свидетелем чего-то невероятного. Того, что описать трудно. Мы знали, он прополз десятки метров в чреве шахты, был у вентиляционной решетки, выходящей в рубку. Что же там он увидел?
Наконец, командир прервал молчание и произнес:
– Ерунда какая-то. Бред. Объяснить не могу. Короче, увидел главаря экстремистов. Он занял мое место и по внешней видеосвязи болтал с полицейским.
– Он выдвинул ультиматум властям? – поинтересовался Кид.
– Да в том-то и дело, что нет. Суть его заявления: я готов состыковаться с полицейским челноком и сдать экстремистов. Спектакль какой-то.
– Может они заманивают полицию, чтоб захватить их в заложники?
– Ну, ты, Кид, тоже скажешь, как комету за хвост поймаешь. Скорее главарь шайки – подсадная утка из полиции. Но что-то здесь не вяжется. Я это чувствую, а рационально объяснить не могу.
– А где остальные экстремисты?
– Не знаю, – Ордо задумался, – когда проползал по шахте, то через решетки в отсеках я никого не увидел.
– Ну, может, они в комнате отдыха?
– Не исключено. Мой путь пролегал мимо этого помещения.
***
Вот уж не знаю, что задумали экстремисты. Предположение Ордо мне казалось самым вероятным, хотя и он не был уверен. Какие мысли бродили в его голове? О чем думал? Я никогда не полагался на интуицию лишь потому, что не верил в нее, значит, и не умел ей воспользоваться. Да, командир иногда казался мне человеком не от мира сего, решения, что он принимал в различных ситуациях озадачивали меня. Из каких глубин сознания возникали они? А сейчас впервые я увидел, что Ордо колеблется. Что для меня лежало на поверхности, для него имело подводные камни. «Нет, все тут так просто», – повторял он, обдумывая что-то.
Ждать долго не пришлось. Мы услышали осторожный стук, эхом прокатившийся по станции – причалил полицейский корабль. Спустя недолго время двери столовой открылись. Вошедший полицейский произнес:
– Вы свободны. Скажу, вам повезло…
– Что главарь оказался вашим человеком? – спросил Ордо.
– Почему?
– Ну, так он…
– Нет, он не работает на нас. Главарь оказался психом. Шарики за ролики заехали, проще говоря. Когда мы его скрутили, он заорал: «Это не я! Это все он! Осел! Он вселился в меня вынудил сдать ребят легавым!» Причем здесь животное? Псих, одним словом. Так что, забейте и радуйтесь жизни.
Вот тут-то я реально испугался. Страх за наши жизни отступил на второй план. Он померк. Осел! Опять он! В мозгу вспыхнули одна за другой мысли и невероятная гипотеза, объясняющая произошедшее сложилась сама собой.
Если полицейский не врет, да и с какой стати ему обманывать, если осел действительно вселился в главаря шайки и внушил ему сдаться полиции, то для чего? В чем его мотив? Зачем он отвел опасность? Почему осел не вселился ни в кого из нас, не подчинил своей воли? Но я прогнал бредовые мысли. Я не поверил им, хотя человек всегда цепляется за определенность, он не желает оказываться в мире хаоса. Если существует страх, имеющий в себе определенные черты, то людям он не опасен, ибо есть образ врага, они видят, с кем борются. Ужаснее всех неопределенность, состояние подвешенности, когда дышит в лицо бездна, желающая лишить тебя разума. Так и моя гипотеза всего лишь попытка удержаться в рамках доступных понятий и ощущений.
Мне не удается писать дневник более или менее периодично. Паузы по продолжительности разнятся. Иногда это день или два, порой целая неделя проходит в молчании, и я не открываю текстового файла. Только что глянул в свойства, и убедился – целый месяц не было изменений, но случилось многое.
