– Аномалия скрестившихся миров. Совсем недавно было обнаружено, что людей, которые не находились в параллельном пространстве изначально, ограниченное количество. В дальнейшем эти люди будут упоминаться как “переместившиеся”. Как показывают данные от самих переместившихся, каждый человек попадающий сюда, попадает в переплетённый мир посредством перемещения через какой-то вид транспорта (предположительно, через автобус). Как показывает на этот раз логический анализ, основанный на имеющейся информации, первый автобус, в которые войдёт человек, избранный некой материей стать переместившимся, станет Автобусом Перемещения в Скрещённый Мир (сокращенно – АПСМ). Обычные автобусы, в которые вошли будущие переместившиеся, изменился на АПСМ 13 ноября N-го года, что было понедельником, поэтому вполне аргументированно можно предположить, что Автобус Перемещения в Привычный Мир (сокращенно – АППМ) заменит собой обычные автобусы в следующий понедельник, то есть 20 ноября. Но может статься так, что АППМ станет лишь тот автобус, что ранее был АПСМ, который будет ожидать на той же остановке, на которой человек впервые ступил на землю в скрещённом мире, – объявил менторским тоном взъерошенный Леон.
– Короче говоря, нам нужно дождаться следующего понедельника и найти в этот день нужный автобус, а затем сесть на него и, вуаля, “adieu6”. Но, как я понимаю, Мария с нашим премногоуважаемым коллегой прибыли на разных автобусах, что делает этот поиск довольно скучным, поэтому в поиске я вам помогать не стану, ведь мне стоило бы и собой заняться. Кстати, совсем забыл вам сказать, что вполне может быть и такое, что из-за этой аномалии пострадали и ваши привычные миры, но на данном этапе как-то трудно спрогнозировать ущерб, поэтому остается, к большому сожалению, лишь гадать; но можно сказать наверное, что все переместившиеся перестали временно существовать в своем привычном мире, то есть они просто выпали из своей Вселенной – пропали, не умерев, а воспоминания о них для их знакомых были просто стёрты, ведь эта Вселенная и на такой случай нашла компромисс, как бы грустно это всё не звучало, – снова добавил к словам Эрнеста Леон.
Мне показалось, что каждый был в своей мере удовлетворён словом, сказанным Леоном, я был в их числе. Более новостей не ожидалось, а суть, кажется, уяснили для себя все, поэтому мы стали собираться к возвращению в свои дома.
На этот раз я решил не спешить с возвращением домой, ведь теперь мне хотелось провести больше времени с Марией. Будь это влияние моего кошмара или чего-либо другого, неизведанного, – не могу даже предположить, но сам факт сих желаний был неоспорим.
Я не мог себя назвать достойным звания аристократа человеком, но некую принадлежность к интеллигенции в себе находил, поэтому я все же пригласил Марию на совершение променада.
– Мария, – подойдя к ней, сказал я, – не хотите обсудить эту… ситуацию? Помимо того, нам, кажется, предстоит дорога в одну сторону?
– Не смею отказаться! – с явным энтузиазмом в глазах согласилась Мария.
По пути мы обсуждали самые разнообразные вещи, начиная с простого: с погоды и своих повседневных дел, а заканчивая такими объемлющими вещами, как философия и астрономия; тем временем проходя вдоль реки, что пересекала наш город на две равные части. Теперь же мы шли вдоль другой набережной, окончательно отвлекшись от возвращения домой. Там же мною был куплен кофе, которым так же была угощена Мария.
Изредка на протяжении прогулки случалось так, что я бессознательно как-то украдкой смотрел на Марию и замечал её недлинные русые волосы, что едва касались плеча, которые становились еще красивее в совокупности с её головным убором на какой-то французский манер. Я любовался и её глазами цвета чистого утреннего неба, цвета росы, когда она только-только легла на траву и листья низких кустов, самую малость преломляя их зеленый цвет. Теперь странным казалось то, что совсем недавно я не замечал за Марией этой красоты, которую очень трудно с чем-либо сравнить. Теперь же становится крайне грустно от мысли, что Марии в моём мире попросту не существует, что говорит о невозможности моей встречи с ней после нашего возвращения в свои миры.
– Я… Ох… – пыталась выразить какую-то мысль Мария, но я, оглянувшись на неё, заметил на лице лишь милое смущение.
– Как-то даже печально, ведь нам скоро придётся разойтись по своим мирам, ведь это будет означать то, что мы не сможем более поддерживать контакт друг с другом… Мне будет очень тоскливо – это я хотела этим сказать…
– Мне будет не менее тоскливо, чем вам…
Было замечательно, что Мария физически не могла долго грустить, потому что её грусть буквально сразу сменилась радостью и весельем.
