Яна подняла голову и посмотрела, что послужило причиной восхищения Липатова. Тот сидел у костра, вытянув ноги, и довольно жмурился, расположив на коленях дымящуюся миску. Рядом стояла немного смущенная Татьяна Карасева – Яна вспомнила, что она работала в дирекции по маркетингу.
– Уже готово? Я тоже хочу, – оживился Панин.
– Все хотят, – заметил Петрусь, поспешно поднимаясь с бревна.
Через полминуты на месте осталась только Яна и Липатов, остальные «световцы» бросились к находящемуся в небольшом отдалении второму костру, и веселое громыхание разводящего о железные миски свидетельствовало, что уха пользуется бешеной популярностью.
«Немудрено, – подумала Яна, прихлопывая усевшегося на руку комара, – обед был не очень сытный, а энергии днем потратили немало».
Липатов ел с большим аппетитом, издавая довольные мурчащие звуки, и девушка почувствовала, как голод понемногу просыпается в ней. «Вот только где бы взять сил, чтобы подняться и сходить за своей порцией», – задумалась она. Ее руки и плечи после дня напряженной гребли гудели, и почему-то она не чувствовала ног, хотя целый день, как и остальные «световцы», провела, работая веслом в рафте. Впрочем, возможно, виной ее усталости была прошедшая неделя, в течение которой Яна каждый день работала допоздна, готовясь защищать своей проект, а, получив утром в четверг полное его одобрение у Ольховской, потом весь день разгребала накопившиеся дела.
Всю неделю девушка совершенно не замечала охватившей коллег лихорадки, с которой они обсуждали намеченный на выходные корпоративный сплав на рафтах, и только сдав проект, осознала, какие активные выходные ее ждут. Выдвинуться было решено в пятницу, отработав всего два часа; за это отведенное на работу скудное время Яна усиленно пыталась доделать всё незавершенное, так что, когда она отмахнулась от третьего напоминания Юли, что пора выходить, в кабинет зашел Алекс, ни слова не говоря, повесил на одно плечо ее спортивную сумку, а на другое закинул брыкающегося помощника, и в таком виде доставил ее к огромному автобусу, который должен был отвезти их к точке начала сплава.
Корпоративных мероприятий в «Свете» было немного: Яна слышала лишь о массовом катании зимой на горных лыжах, где Васильев сломал ногу, велосипедном походе в мае (она пропустила его из-за командировки на Урал, которая заняла и выходные), и вот теперь – рафтинг. Привычных же всем корпоративов, предполагающих всеобщее братание и пьянство под пение приглашенных «звезд», в «Свете», похоже, вообще не практиковалось из-за нелюбви Евгении к подобным застольям.
Яна очнулась от своих мыслей, когда прямо перед ней нежданно оказалась тарелка с наваристой ухой. Она подняла голову и увидела подмигивающего ей Сергея Панина.
– Гуманитарная помощь пострадавшим в борьбе с рекой, – прокомментировал он свой поступок.
– Спасибо, друг, – растроганно произнесла девушка, и принялась за еду.
Они плыли сегодня с Паниным и еще шестью гребцами в одном рафте, и ей пришлось выложиться по максимуму, когда парень решил обогнать экипаж Карпова. Им было нелегко, потому что сотрудники службы безопасности регулярно ходили в «качалку», зато Сергей хорошо знал течение реки и направлял рафт таким образом, что оно здорово им помогало. Яна улыбнулась, вспомнив озадаченное выражение лица Николая Петровича, когда их рафт вырвался вперед.
Общее радостное чавканье вокруг достигло апогея, Липатов уже побежал за добавкой, а сытая Яна ощущала в себе такую благость, что даже перестала отгонять комаров, которые были в этих местах удивительно злыми и практически невосприимчивыми к репеллентам. Девушка смотрела на пламя декоративного костра (на нем ничего не готовили, для этого был второй, дальний костер), на мужчин, которые в надвигающихся сумерках ставили последние палатки, на Карпова, запивающего банку варенья огромной кружкой чая, она слушала шелест ветра в ветвях деревьев, окружавших большую поляну, и легкий плеск волн о высокий берег, где они расположили свои рафты и разбили лагерь, и чувствовала себя почти счастливой.
Раздались общие дифирамбы «рыбакам»: это сметливые Липатов и Васильев, первыми оказавшись на берегу, шустро сбегали в деревню и купили у местных мужиков свежую рыбу. Липатов умильно складывал руки на груди и растроганно принимал комплименты, и девушка машинально заметила, что он падок на лесть, но в эти минуты ее мысли витали далеко от табличек, схем, анализа отношений и прочих исследований. Впервые за долгое время она позволила себе расслабиться, и была совершенно удовлетворена этим. Никто из расположившихся у костра людей ее не раздражал, и девушка ощущала себя в полной безопасности здесь, на берегу маленькой реки с быстрым течением, в глухомани на северо-востоке Эмской области, с этими людьми в синих банданах и кепках, которые понятия не имели, кто она на самом деле.
