Яна снова сильно рванулась, но Ольховской и на этот раз удалось удержать ее, и тогда девушка бессильно заплакала. Панин, глупый, глупый Панин, ну зачем он сунулся в самое пекло, без всякой защиты, к этим бандитам!
Между тем выстрелы смолкли. Девушки настороженно переглянулись. Евгения отпустила, наконец, свою хватку, Яна подобрала с пола оброненный во время борьбы пистолет. В каморку вошел новый человек, и девушки с облегчением узнали в нем Глеба.
– Все в порядке? Живы? – спросил он.
– Да. А там?
– Мы все зачистили.
– Панин?
– Скорая уже в пути.
Яна слушала их диалог, но не чувствовала радости от того, что все закончилось. «И кровь прольется, и люди погибнут», – ясно вспомнилось ей предсказание Таисии. Яна сказала Евгении свою правду. Но слишком поздно. Непозволительно поздно. Когда уже ничего нельзя вернуть и исправить. Она опустила голову и увидела пистолет, который по-прежнему сжимала в руках. Мысль была импульсивно быстрой, но реакция Евгении, выбившей у нее из рук оружие, еще быстрее.
– Не смей, – сказала она, и ее голос пресекся. – Ты нужна мне живая, ясно?
Яна тяжело вздохнула. О себе самой она такого бы сказать не могла, но обдумать до конца эту мысль ей помешала сирена приближавшейся к складам скорой.
В больнице был уже не приёмный час, но в виде исключения Евгению и Карпова все же пропустили к раненым – постарался Липатов, имевший в больнице отличные связи. Яна и Глеб дожидались их внизу, приютившись на дерматиновый скамеечке. Они уже знали, что Алекса перевели из реанимации в обычную палату, что угодившему в перестрелку Панину все же спасли руку и что сданной за сегодняшний день «световцами» кровью были заполнены все холодильники больницы. Было также известно, что Егору, Витьку, Шамилю и еще двоим их бойцам уже не в силах был помочь ни один врач. Вадим находился в реанимации в критическом состоянии, и все еще не приходил в сознание. Яна испытала сожаление, когда увидела мертвого Витька: хотя в большей степени он заботился о себе, но всё же попытался защитить, как умел, и ее тоже.
Хлопнула входная дверь, и девушка без особого удивления увидела осунувшуюся Элю. Она бросила на них быстрый взгляд и, подойдя к медсестре, что-то быстро стала ей объяснять, но та, послушав, отвечала только «нельзя» и «не положено».
– Пропустите, пожалуйста, у нее там жених раненый, – попросила медсестру незаметно приблизившаяся Яна. – Это с Ольховской, – добавила она вполголоса.
– Ну, если уж жених… и если уж вместе с Ольховской…
Эля накинула белый халат и поторопилась вслед за медсестрой, но из конца коридора все же обернулась и благодарно посмотрела на Яну.
Все три поздних посетителя вернулись одновременно. Евгения опиралась на руку Карпова, а лицо Эли было хоть и заплаканным, но теперь словно озарялось изнутри.
– Евгения, хочешь ты этого или нет, но мы сейчас только завезем домой Элю, а потом все поедем ночевать к тебе. Поскольку Глеб будет заменять Алекса до его поправки, Яна живет на другом конце города, а я умираю от усталости, – заявил Карпов, и Ольховская не возражала.
Евгения, Яна и Николай Петрович расположились в просторной библиотеке хозяйки дома и пили чай. Девушки сидели на диване, а Карпов расположился за письменным столом и беззастенчиво разложил на дорогой столешнице чайную кружку и вазочку с вареньем, которую Жаклин уже дважды приходилось наполнять заново.
– Я ужасно устал объяснять прокурору, что сегодняшняя перестрелка – это не бандитские разборки, – пожаловался Карпов.
– Они возбудят уголовное дело? – спросила Яна.
– Да, конечно, и по нескольким статьям. Похищение человека, незаконное хранение оружия, незаконный оборот взрывчатых веществ, убийство, и это, пожалуй, еще не всё, – скороговоркой перечислил он. – Часть действий признают совершенными в пределах необходимой обороны, в том числе, разумеется, твой, Яна, своевременный выстрел. Но все же на паре-тройке следственных действий вам побывать придется. Хорошо еще, что не сегодня, все-таки прокурор – хороший мужик. И легенду с похищением Евгении неизвестными бандитами с целью получения выкупа он тоже принял вполне нормально.
– Я все же не понимаю, как мог Вадим оказаться заказчиком… И зачем вообще ему тогда понадобилось ухаживать за мной, – сказала Яна.
У нее в голове и правда никак не складывалась картинка, на которой финансист, с которым она познакомилась в спортклубе, нанимает Егора в подручные и разрабатывает дерзкую операцию по внедрению Яны в «Свет» и похищению источника.
– Как раз последнее весьма логично. Такие люди, как Вадим или Лунин, вечно всем не доверяют. Думаю, он хотел понаблюдать за главным орудием Лунина, то есть за тобой, так сказать, с близкого расстояния, – предположил Карпов. – А касаемо того, как он узнал об источнике, все тоже разъяснилось. Мы показали Таисии фотографию, и она узнала в Вадиме сына своего давнего коллеги Николая Павленко, – добавил он не без самодовольства.
– Ах, вот оно что, – сказала Евгения.
– Ничего не понимаю, – чуть раздраженно заметила Яна.