- Джелийка! Зачем ты... О, я слышала об этом. Это та самая, которой ты помогла, когда ее дружок был болен, так? Она убежала к нему от джелийских легионеров. Этот огромный варвар и крохотная девочка... она выглядит не старше одиннадцати. Почему она там одна? Что случилось с великаном?
- Он умер.
Ондар выжала полотенца.
- У тебя девочка такого же возраста... Мне тоже жаль эту проститутку, она почти ребенок... Их легионерам нравится, когда это делается насильно, ты же знаешь. Животные! Должно быть, ее тоже захватили в плен из какого-нибудь племени варваров - она меньше ростом, чем любая джелийка, которую я видела в Эр-Фроу. Я никогда не слышала, чтобы кто-нибудь рассказывал, что она умеет говорить. Она что, немая?
- Нет.
- И говорит с джелийским акцентом?
- Да.
- Но тогда зачем ты ей помогала?
"Будь осторожна", - снова предупредила себя Эйрис.
- Потому что она такая маленькая и беззащитная. Ондар, у тебя были дети?
Лицо Ондар снова замкнулось, будто в ее душе захлопнулась дверь. Женщина поднялась.
- Я закончила. Еда здесь, Эйрис. Ешь, пока она горячая. Я зайду позже, после Дома Обучения.
- Прости, Ондар. Я не хотела задавать ненужные вопросы...
- Забудь об этом! - Ондар вздрогнула, встала спиной к Эйрис, но через несколько секунд повернулась к ней лицом, широко улыбнулась, затем сказала решительно: - Мне надо идти в Дом Обучения. Кстати, ты знаешь, что вчера не прошло и часа с начала занятий, как все геды ушли? Все. Ушли, да так и не вернулись. И мы, конечно, тоже ушли. Я должна... Мне надо... - Голос Ондар споткнулся, женщина стремительно направилась к выходу.
Эйрис долго лежала не шевелясь. Она думала о СуСу, такой одинокой в пустом зале, об Ондар, которая, возможно, отправилась с Каримом в свою комнату, а вовсе не в Дом Обучения, о Дахаре - прежде всего о Дахаре, потому что не знала, где он, не грозит ли ему опасность. Она не спросила, куда он идет, не успела. Пустят ли его в зал легионеров ведь он больше не брат-легионер? А может быть, он пошел к джелийским горожанам или в Дом Обучения, к гедам?
Потом Эйрис стала размышлять о гедах, которые наблюдали за людьми в каждой комнате Эр-Фроу. А может, она ошибается, думая, что оранжевые круги это глаза, а не что-то еще абсолютно ей неизвестное, какое-то другое изобретение гедов. Эйрис стиснула руки. Она сомневалась, понимает ли хоть что-нибудь здесь.
Наконец ей удалось заснуть, но сон ее был беспокойным. Проснулась она от страшной боли в ноге - джелийское лекарство наконец перестало действовать. Сколько времени прошло с тех пор, как ушла Ондар? Эйрис не знала, у нее не было чувства времени, как у брата-легионера. Кто-то настойчиво постучал в дверь. Больная нашла в себе силы дотащиться до двери и открыла ее, хотя чуть не потеряла сознание. В комнату проскользнул Карим. В руках у него был, как показалось женщине, какой-то узел. Но это оказалась СуСу, обнаженная и чем-то перепачканная.
- Положи ее в угол, Карим - да нет же, в угол, подальше от этих проводов, - сказала Ондар, которая вошла в комнату следом за Каримом. Принеси мне воды из бани, много воды, чистое одеяло из нашей комнаты и чашу фруктовой каши. Фарима продавала сегодня утром свежую. Эйрис, у тебя есть еще одно полотенце?
СуСу, перемазанная соусом от жаркого, лежала с широко открытыми глазами. На теле у нее вздулись волдыри от ожогов. Казалось, она была мертва.
- Мы нашли ее на полу, в зале варвара, рядом со столом для раздачи пищи, - сказала Ондар. Карим нахмурился. Судя по всему, ему не нравилось принимать участие во всем этом. - Просто лежала там. СуСу не смогла пошевелиться, даже когда Карим поднял ее. Ни один другой солдат не захотел сделать этого. Я и сама могла бы поднять эту девочку. Взгляни на нее словно тростинка!
Но Эйрис смотрела на то, что было зажато в руке СуСу. Ондар тоже заметила этот странный предмет и поспешила разжать пальцы девочки.
- Что это?.. Увеличитель гедов! Зачем он ей понадобился? - удивилась женщина.
Эйрис замерла. В тот краткий миг, когда Эйрис взглянула на темно-серый металлический прямоугольник в руке СуСу, в голове у нее возникли и закрутились страшно взволновавшие ее мысли: Карим нес СуСу, прижимая ее к себе правым боком, значит, прямоугольник был скрыть от оранжевых кругов, находившихся в коридоре и в нижнем зале. Ондар сказала "увеличитель", потому что прямоугольник был похож на коробку, которую геды показывали людям. Эйрис отчетливо представила себе Дахара и Гракса, с трудом тащивших тело варвара, увидела, как открывается Стена, как Гракс нажимает на углубления темно-серого прямоугольника и как исчезает и меняет форму вроф.
Вытянувшись во весь рост и даже не почувствовав боли, Эйрис вынула коробку из сжатых пальцев СуСу. Голова у нее закружилась... Гракс извлек эту коробку из-под своей одежды, как же СуСу смогла забрать ее у одного из гедов?
Дверь снова открылась. Решив, что это опять Келовар, Эйрис спрятала темную коробочку под подушку, на которой лежала.
- Я же сказала тебе, Келовар... - начала Эйрис и разглядела, что перед ней стоит не солдат, а Гракс.
