— Голова у вас болит? Сейчас, я сейчас! — она завозилась в комоде, достала какой-то пузырек, накапала в ложку остро пахнущую коричневую жидкость, поднесла к его лицу.
— Вот, выпейте, и ваша боль пройдет, — пообещала она.
Пришлось глотать. Дрянь оказалась редкостная, да ещё и на спирту такой крепости, что самый ядреный самогон отдыхает, поэтому поднесенная следом кружка с водой была очень кстати.
— Где ты такую гадость взяла? — с чувством произнёс Крысолов.
— Как где? Сама приготовила! — гордо заявила Рыска. — Первейшее средство от головной боли!
— Конечно, хватит удар от крепости — и голова тут же пройдёт, — пробормотал он себе под нос, пока Рыска отвернулась, отметив, однако, значительное улучшение состояния своего здоровья. “Может, и правда хорошее средство, — подумал путник. Похоже, не зря она посещает открытые пару лет назад курсы травников при лазарете. Говорит, хвалят её там, равно как и в Пристани”.
— Где была-то весь день? — наконец спросил он.
У Рыски снова брызнули слёзы. Она отвернулась, но на этот раз быстро справилась с собой.
— Я его видела вчера… — уронила девушка. — Он к вам приходил, учитель. Что он тут делал? — заглянув ему в глаза, спросила она.
— Будто ты не знаешь, — печально проговорил Крысолов.
— Он вернётся сюда, да?
Путник покачал головой.
— Нет… Что ему тут делать? Он давно закончил обучение. — Крысолов в упор взглянул на ученицу. — Он теперь путник, Рыся. Его мечта сбылась…
— Как? Когда? — встрепенулась девушка.
— Ещё прошлым летом… Позлился три года, подулся на меня, а в конце этой весны пожаловал сюда. Жаль ему стало потраченного времени и сил. — Крысолов помолчал и заключил:
— Получил разрешение коллегии и прошёл испытание снова.
— И его допустили? — удивилась Рыска.
— А как могли не допустить? — путник развел руками. — Он информацией владеет — на десятерых хватит. К тому же хитрый, где хочешь влезет. Ну и уровень подготовки у него — не мне тебе рассказывать. И денег, скорее всего, подкинул кому следует. Мне, по крайней мере, ничего не перепало, — признался он с улыбкой.
— Всё… гладко прошло? — осторожно спросила Рыска.
— А как же иначе?
Они помолчали.
— Как ваша голова? — заботливо спросила девушка.
— Всё прошло, спасибо, доча, — ответил Крысолов, прислушавшись к себе. — Что-то, видно, старый я уже, болею часто. Умру, наверное, скоро.
— Не говорите ерунду! Я вас вылечу, если что, — пообещала Рыска.
Путник улыбнулся. Девушке определенно стало легче. Вот такие они, женщины, им всё нужно проговаривать! А ей тяжелее других: подруг у неё нет.
— Хотите чаю? Или поужинать? — спросила Рыска.
Он совершенно не хотел ни того, ни другого, но и оставлять Рыску одну — тоже. Ей только что полегчало. Пришлось согласиться, да и нечем ему больше было заняться. Дома-то его никто не ждал… Лучше и правда посидеть с ней, поговорить — неважно о чём. Адепты и наставники, те, что смакуют сплетни, в чём-то правы: она ему теперь как дочь, с тех пор, как он нашёл её там, где и не рассчитывал увидеть.
— Так будете ужинать? — повторила она, и Крысолов кивнул. — Тогда принесу дров и воды, — уже привычно защебетала девушка.
— Может быть, в столовую сходим? — предложил путник.
— Ни в коем случае! — отрезала Рыска. — Там сегодня толстая кухарка работает. Она жуткую дрянь готовит — есть невозможно. К тому же через улицу идти неохота, там метель начинается.
Крысолов выглянул в окно. Да, и в самом деле, всё посерело, ветер поднялся, темнеть начало на две лучины раньше. Не зря болела голова!
— Хорошо тебе говорить, а мне в любом случае потом туда идти.
— Зачем ещё? — спросила Рыска. — Переночуйте в общежитии. Тут же есть комнаты для наставников. Хотите, у меня оставайтесь, я на полу посплю.
— Благодарю, но нас тогда неправильно поймут, — усмехнулся Крысолов.
— Пусть понимают, как хотят, — отмахнулась Рыска. — В общем, я сейчас, — сказала она и вышла с ведром в коридор, — лампу пока зажгите, — крикнула она уже оттуда.
*
Рыска встретилась ему в веске с поэтичным названием Калинки.
Путник оказался там совершенно случайно, по дороге из другой вески, куда ездил по вызову. Честно говоря, назвался в поездку сам, желая немного отдохнуть от адептов, да не рассчитал немного с погодой.
В тот год стояла на диво противная весна: время близилось уже к началу лета, а заморозки по ночам никак не отступали, не давая весчанам начать толком полевые работы. По утрам трава была вся седая от инея, лужи замерзали по краям, а поля стояли либо голые, либо с побитыми морозом посевами. А вот дождь с завидной регулярностью лил ежедневно, иногда по пять лучин кряду.
Дорога от Калинок до Ринстана шла по лесу и по болотам, естественно, в такую погоду была сильно размыта, и Крысолов решил не лезть на ночь глядя к Сашию на кулички и остаться в веске. Правда, кормильни там не было, и ему пришлось стучаться в крайнюю избу.
— Нет, господин путник, — развел руками хозяин. — У меня места мало!
— Я заплачу, — пообещал Крысолов.
— За что? За кусок голого пола шириной в три ладони? У меня десять детей, самим деваться некуда.
