— Подозреваю, что да, — честно ответил я. — Конечно, они могли скрываться там. Избегая наших проверок и возвращаясь после. Но это оставило бы заметные следы, которых нет. Сервисные сервиторы и роботы для недоступных мест у вас в достатке? Срочно нужно проверить герметичность ив целом и отыскать ход или ходы, для проникновения человека.
— В достаточном, господин инквизитор. Предупредите своих солдат, — проговорил он, барабаня по клавишам, — я немедленно выпущу их на регламентную проверку. Подобное расточительство недопустимо! — пафосно заявил он.
Через тройку часов было установлено, что в труднодоступных местах переборки истыканы (зачастую, с нарушением коммуникаций, что вызвало мученический писк при докладе) теми же самыми, судя по “оплавленным” следам, когтями. И три места, откуда люди могли проникнуть в “техническую часть”.
И вот тут стоило подумать. Сектанты скрываются в чудовищном лабиринте коммуникаций, на порядок более нами обследуемого, вот только… без отопления. Ну жрут они, положим, друг друга, а вот тепло это проблема. Так что, либо они жгут костры, либо липнут к потолку, который для них пол. Что маловероятно совсем, мы с Кристиной бы х почуяли, но не невозможно.
— Технопровидец, найдутся ли у вас мелкие роботы с термодатчиками, способные прочесать “пустотную часть”? И с программой поиска, чтобы если враги Омниссии уничтожат механизм, мы бы узнали место их мерзостного пребывания и смогли покарать еретиков? — сдипломатничал я и не зря — технопровидец сверкнул глазом и оптическим сенсором и бодро отрапортовал, что “вот прям сейчас и займется, всё будет, можете не сумлеваться!”
И вправду, через дюжину часов, он притащил новые схемы, где была очерчена область с источниками тепла Более километра от нас. Не удивительно, что мы с Кристиной не почувствовали. Точнее, она то могла… вот только её возможности были крайне ограничены её “специализацией” как демона. И вообще не были толком развиты у частично поглощённой мажорки. Так что она могла почуять жизнь на планете, например. Но сориентировать нас по станции — только вблизи. Жизнь там, ткнула она рукой после моей просьбы, хотя в варпе она, наверное, почуяла бы за сотни километров. Мдя, учится ей ещё и учиться, отметил я, хотя “учебники Терёхи ” и так заняли место в её обиходе. Как компенсация, да, сыронизировал я, хотя осуждать инквизитора за ту атаку уже не мог. Но и о нем не жалел — вышло как вышло.
Так что после четырехчасового отдыха, отряд в составе меня, Кристины и Шека плюс три дюжины разнообразно вооруженных штурмовиков, ведомый всё тем же технопровидцем , представившимся как Сегентий, аккуратно пробиралась к лагерю сектантов.
14. Полдень в музее
Ожидая, пока штурмовики, ведомые механо-паучками Сегентия, заблокируют лагерь еретиков со всех сторон, я вчувствовался в свет и ветер. И, мягко говоря, удивлялся: скверна. безусловно была, но не уровня регулярно призывающих демонов сектантов, а скорее “интересующегося хаотической литературой”. Собственно, в библиотеке на Энцеладе, от коллег, знакомящихся с “ порчеными ” артефактами “фонило” сильнее, до проведения очистительных мероприятий.
При этом, чёрт возьми, они явно и однозначно призывали демонов, не один раз и даже использовали их в качестве “слесарного инструмента”. То есть, не призыв в смысле “возьми меня всего, а дай за это чего не жалко”, а призыв достаточно опытных демонологов. И если сектантам досталась книжка призывателя, это был явно не оскверненный том. Впрочем, ладно, инструкция “брать, по возможности, живыми”, а не как всякие низкорослые бегемоты, выдана и вроде понята. Так что возьмём и проверим.
В это время Кристина придвинулась ко мне, а когда я склонился к ней, зашептала на ухо:
— Не понимаю, вроде бы там есть слабый демон, а вроде бы и нет. Я бы сказала, что он мертв, но он жив. Очень ослаблен и какие-то совершенно непонятные потоки варпа, — выдала она. — Он как будто не излучает, а впитывает, — растерянно озвучила она.
— Варп? — полюбопытствовал я, на что последовал кивок. — А может это быть кто-то столь сильный, что ты не чувствуешь?
— Точно нет, — аж замотала головой Кристина. — След в варпе, в книжках его называют “тенью” скрыть невозможно, это реакция самого пространства. А тут впитывание варпа как у среднего демона, воронка… А тут ничего не чувствуется, только какой-то странный след.
— А артефакты это как раз обычно пробой, фонят сильно, хотя, возможно, аккумулирует энергию, чтобы выплеснуть её… но таковое я бы заметил скорее всего. Но видимо, всё-таки артефакт, — вполголоса заключил я.
— Возможно, но фон есть, — ошарашила меня Кристина. — Только слабый, непонятный и не сюда… Не знаю как объяснить, — расстроенно заключила она. — Наверное и вправду артефакт.
