Наконец они подъехали к больнице. Стас припарковался, заглушил мотор и со вздохом откинулся на спинку сиденья, не спеша выходить. И вдруг он повернул голову в сторону Марины. Ее мгновенно затрясло, она боялась повернуться в его сторону, хотя ей очень этого хотелось. Поборов внутреннюю дрожь и волнение, она наконец тоже повернула голову. Его глаза пронизывающе смотрели на нее. Взгляд был спокойным и добрым.
«Как же мне не хватало такого взгляда!» — подумала Марина. Ей стало очень стыдно, перед глазами всплыла картина, как она отказывается от его цветов, высмеивая перед подружками. Она почувствовала, как щеки становятся красными.
— Приехали, — прервал тишину Стас.
Марина кивнула.
— Ты выглядишь уставшим.
— Так и есть. Ты тоже.
Марина ухмыльнулась:
— Я получаю по заслугам.
— Надо же, никогда не видел, чтобы человек хоть в чем-то признал свою вину, — улыбнулся он.
— О, там Оля! Вон она, у входа уже.
— Пойдем.
Они подошли к больнице, коротко перезнакомились. По взгляду Оли было понятно, что она не ожидала увидеть сейчас маму с мужчиной.
— Оль, а где он лежит, на каком этаже, в каком отделении?
— В реанимации, на третьем.
— Мой сын тоже, пойдемте. Я знаю, как пройти туда, провожу.
Они поднялись на нужный этаж, и Марина спросила Олю:
— Доча, а какая палата, знаешь?
— Да, тридцать седьмая.
Стас остановился.
— Ты уверена? Просто в тридцать седьмой лежит мой сын, но он один там находится, палата одноместная.
— Э-э-э. — Оля растерянно полезла в телефон и прочла эсэмэску. — У меня написано: тридцать седьмая.
— Как зовут-то твоего парня, Оль? — спросил Стас. — Вот у моего сына подруга Оля, но я ее не видел даже на фото, все как-то не до того было, а зря…
— Максим его зовут, — неуверенно протянула девушка.
Стас улыбнулся:
— Надо же, действительно, сюрприз на сюрпризе.
— Что такое? — не поняла Марина, она отвлеклась, осматриваясь и ежась от вида больничных стен.
— Марин, ты только не волнуйся, но, кажется, парень Оли и мой сын — один и тот же человек.
— Почему? — Марина хлопала глазами.
Стас снова улыбнулся и приобнял ее за плечи, отчего она вообще потеряла способность соображать.
— Ну, смотри. И того и другого зовут Максим. Это раз!
Марина кивнула.
— Потом два: эти оба Максима лежат в одной одноместной палате…
Марина кивнула, а потом в ее голове наконец-то все сложилось.
— Что?! — воскликнула она. — Как это?
Оля тихонько засмеялась:
— Мам, ты чего? Ну, вот так! Этот мужчина с тобой — это отец Максима!
— Верно, — согласился Стас.
Марина посмотрела на него удивленным взглядом.
— Да, Марина, оказалось так, что я отец парня твоей дочери.
Эта информация наложилась на и без того болезненное состояние Марины, закружилась голова, а в глазах начало темнеть. Как-то словно сквозь толстый слой ваты она услышала Олин голос:
— Мама!
Сильные руки Стаса подхватили ее, а когда она открыла глаза, то уже находилась на одном из сидений, установленных вдоль стены. Прямо перед глазами была медсестра:
— Вы как? Слышите меня?
— Да.
— Как вас зовут?
— Марина… Ивановна…
— Эрнестовна, — прошептала Оля.
— Что? — развернулась к дочери женщина в белом халате.
— Не-не, ничего, — поспешила ответить девушка.
— Посидите пока, не вставайте минут десять — пятнадцать.
— Спасибо, я прослежу. Оль, иди пока к Максиму, заходи в палату. Я предупреждал медиков, что сегодня приду, они разрешили. Если что, скажи, что ты со мной. А я после тебя навещу его. Пока с мамой твоей посижу, чтобы не вскочила да не упала опять.
— Хорошо. — Оля улыбнулась и скрылась за дверью.
— Кажется, ты говорила, что тебе парень дочери не нравится? — язвительно спросил Стас. — То есть ни я, ни мой сын тебя в принципе не устраиваем? — пошутил он, потихоньку смеясь, чтобы не нарушать больничную тишину.
А Марине стало настолько неудобно и стыдно, что она заплакала, закрыв лицо руками.
— Да ладно тебе, пошутил я, Марин!
Она снова почувствовала его руку на своем плече, отчего еще пуще разрыдалась.
— Марина, ну ты что, так расстроилась, что Максим — мой сын?
— Нет! Нет! Просто это тоже неожиданно! В последние дни новости просто бьют ключом! И все — по голове!
Стас снова засмеялся:
— Ну, эта новость действительно неожиданная. Славная у тебя дочь.
— Спасибо, — вытирая нос, ответила Марина.
— У них вроде хорошие отношения. — Стас кивнул на дверь палаты, имея в виду Максима и Олю.
— Да, вроде.
— Может, поженятся, — с хитринкой в голосе предположил он.
Марина в этот момент пыталась попить воды из бутылки и феерично подавилась, закашлявшись на весь коридор. Стас засмеялся и начал хлопать ее по спине. Прокашлявшись, Марина посмотрела на него.
— Если они поженятся, я буду твоим сватом! Ирония судьбы, Марина, — не прекращал он смеяться.
— Вот это дела! — улыбнулась Марина.
«Какой прекрасный день! Этот замечательный человек рядом со мной! И теперь есть перспектива увидеть его снова! Омрачает только то, что Эрнест Петрович до сих пор не найден», — думала Марина, не отрывая глаз от Стаса.
