— Правильно нам этот врач сказал молиться, видишь, даже в реанимации дали такой совет. Им виднее, они много видели и трагедий, и чудес.
— Будем верить во второе, — постаралась выразить свою поддержку Оля.
Домой к Стасу добрались уже за полночь. Квартира была довольно просторной, имела четыре комнаты, в одной из которых располагался его кабинет.
— Девушки, располагайтесь, не стесняйтесь, чувствуйте себя как дома.
— Но не забывайте, что вы в гостях, — добавила со смехом Марина.
— Об этом как раз можете забыть.
— Оля, давай я тебе постелю в комнате Максима, а маме твоей — в гостиной, нет, лучше в кабинете. Там ночевать все же поуютнее будет, там тихо и уединенно. Проходите пока на кухню, похозяйничайте там. Берите все, что нужно, все, что увидите и найдете, а я пока приготовлю вам полотенца и кровати. Ну, правда, в кабинете диван.
После долгого дня, полного самых разнообразных переживаний, все уснули сразу, как только голова коснулась подушки. Утром Марина не стала вставать сразу, как проснулась, лежала в постели, разглядывая кабинет Стаса. Здесь было все очень и элегантно, и одновременно просто — ничего лишнего, а все необходимое располагалось на подходящих местах, интерьер был продуман с точки зрения удобства. В глаза бросались пейзажи в рамках на стенах. На подоконнике и подставках у стен в комнате стояли цветы в горшках. Ухоженные растения создавали атмосферу уюта. Вся эта обстановка понравилась Марине. Она тихонечко встала, заправила импровизированное ложе и отправилась сначала в ванную, а потом на кухню.
Завтрак был практически готов, когда от двери раздался голос, ставший таким родным:
— Доброе утро! — вошел заспанный Стас.
— Ой, привет, проходи, все готово, можно есть. Кофе тебе сварить?
— Да, было бы славно!
— Оля спит еще, будить не стала.
— Правильно, пусть выспится ребенок. Такая движуха в разгар экзаменов.
— И не говори, не у каждого такой экшен случается за всю жизнь.
— Это точно. Будет что в сочинении написать: «Как я провел лето»!
Марина варила утренний кофе Стасу и не могла поверить своему счастью. А он вот, сидит рядом, дома, в уютной семейной обстановке. И она чувствовала себя так, будто все это время жила здесь с ним. Этой пропасти в пару десятков лет будто не стало. Ее сердце начало успокаиваться, словно она когда-то не отвергала этого мужчину, а искала его всю жизнь…
Вскоре в кухню неспешно вплыла, зевая, Оля, — видимо, движение в квартире разбудило и ее.
И вот все они завтракали, будто одна семья, будто так и должно было быть.
После завтрака все вместе отправились в больницу. Первым делом в больнице они перенесли картину с ангелом из палаты Максима к Эрнесту Петровичу. На работу Стас в этот день не пошел, предупредил, чтобы справлялись без него. Затем, оставив Олю у Макса, Стас и Марина поехали в антикварный магазин, проверить, все ли там спокойно и не побывал ли там Олег. Магазин был не тронут. Пройдя по торговому залу, Марина предложила выпить кофе.
— Знаешь, кажется, что мы с тобой расставались для того, чтобы через годы у нас появились дети и чтобы они потом нашли друг друга и стали парой.
— Да, наверное, так и есть. Не зря говорят, что пути Господни неисповедимы… А теперь мы снова встретились, и это тоже не просто так.
Марина смотрела в его глубокие серые глаза и забывала обо всем на свете. Ураган, который годами бушевал в ее душе из-за женской неустроенности, наконец успокоился. Наконец-то можно не чувствовать ни ущербности, ни неуверенности: рядом с ней настоящий мужчина. Жизнь не переставала ее удивлять таким неожиданным поворотом сценария. Она поняла, что события складываются наилучшим образом, когда она пытается понять себя, других, прислушивается к близким, начинает ценить в людях и в самой себе простые человеческие качества, чувства, способности. Когда пытается понять и принять, а не обвинять и требовать, когда хочет стать лучше именно в духовном плане, когда пытается сохранить то, что дорого кому-то, когда испытывает чувства благодарности, когда старается из потребителя превратиться в личность, приносящую пользу. Ей казалось, что в чем-то этот процесс схож с появлением бабочки. Сначала гусеница, потом кокон, и вот уже легкая бабочка вылупляется на свет! Чтобы радоваться самой и радовать других!
Глядя на Стаса, чувствуя его силу, его тепло, его уверенность, она говорила судьбе:
— Спасибо, спасибо, спасибо!
Похоже, Стас тоже был рад, что она здесь, рядом, что это именно та, взаимности которой он надеялся добиться много лет назад. А теперь, когда она здесь, с ним, то все прожитые без нее годы просто растворились в пространстве, а душа просилась в пляс.
Вечером Марина с Олей снова были у Стаса, в дом возвращаться еще было нельзя. Они снова ужинали вместе, глядя из окна кухни, как закат раскрашивает облака и соседние дома в приятный розоватый цвет. Оля, расправившись с содержимым тарелки, быстро удалилась, оставив маму и Станислава одних на кухне.
— Марина, а у тебя есть мечта? — вдруг спросил Стас.
От неожиданного вопроса она задумалась, но ответ пришел быстро.
