— Да, живой. Видимо, кололи ему что-то, врачи разберутся, не переживай.
— Главное, нашелся, живой! Стас, это все ты, он нашелся благодаря тебе!
— Ну что ты, успокойся давай, подыши свежим воздухом.
— Как же здесь сиренью пахнет!
— Любишь сирень?
— Обожаю!
— Мне тоже нравится. — Он приобнял ее за одно плечо.
Тут они услышали из чьей-то рации:
— Вызов поступил на дом в соседнем садоводстве. Проникновение. Там же сигнализация сработала.
— Ребята, давайте вы туда, это рядом, несколько улиц, — распорядился следователь.
— Какой адрес?
— Родниковая, двести восемьдесят девять.
— Это мой адрес. Там был Олег, значит. Он коллекцию ищет.
— Про которую говорил Ирин брат?
— Да. Адрес узнал, наверное, тоже Ира постаралась.
— Возможно. А она знала точный адрес?
— Нет, я просто про пригород говорила ей в общих чертах. А сегодня у нее на квартире только название садоводства упоминалось…
— В принципе, он когда-нибудь и проследить мог за тобой. Но надеялся до последнего, что ты коллекцию сама ему преподнесешь. А тут вон как все складываться начало. Скорее всего, он запаниковал и кинулся обыскивать домик. Поехали тоже туда, вон, ребята уже выезжают. А Оля у Макса?
— Да.
Доехали очень быстро, но ругаясь на местные дороги. В доме все было перевернуто вверх дном. И на чердаке тоже. Портрет упал, стекло в рамке разбилось, от этого сердце Марины заныло. Из сундука было все выброшено на пол. Свитера, в который была завернута коробка с камнями, не было.
— Он нашел коллекцию. Это были камни, судя по всему драгоценные, много, полная коробка. Тяжелая.
— Наверняка он здесь и отпечатков своих наоставлял. Срока добавить себе, столько уже всего на нем. Сидеть ему долго.
— Страшно представить, что я с ним знакома, да еще и в жизнь свою его пускала. А ты меня просто спас! Внезапно появился и спас!
— Если так подумать, то мы снова встретились благодаря этому Олегу. Хотя у нас же дети встречаются, так что все равно бы встретились.
— Не знаю…
— В смысле?
— Ну, я боялась любых отношений дочери. Понимаешь, тут все так сложно. Я хотела, конечно, чтобы она нашла свое счастье. Но, во-первых, мне казалось, что сейчас рановато. А во-вторых, я втемяшила себе в голову, что избранник обязательно будет ее обижать. И, ни разу не встречаясь с Максимом, я уже записала его в черный список. Если бы не вся вот эта ситуация, я бы, наверное, так и осталась вредной матерью, отваживающей всех претендентов от своей любимой доченьки. И тем самым могла загубить ее счастье, как когда-то загубила свое. Но я многое осознала, переосмыслила, правда!
— В общем, спасибо Вселенной за нашу с тобой встречу и за встречу Максима с Олей. Наконец-то я тебя дождался!
— Надо же, наши дети друг друга нашли и полюбили.
— Может быть, нам для этого нужно было тогда расстаться?
— А ты философ… и романтик… Как же это здорово!
Они стояли, обнявшись, и разговаривали, глядя друг другу в глаза среди кучи перевернутых вещей, книг, разбросанных бумаг, вывернутых цветов. И вся эта обстановка вокруг, казалось, их совсем не волновала. Их задевали полицейские, работающие на месте. То просили отойти, то ответить на какие-то вопросы. И Стас с Мариной делали все это как бы между делом.
— Как здесь сегодня мы будем с Олей ночевать? — усмехнулась Марина.
— Боюсь, сегодня здесь переночевать не получится. Придется мне вас с Олей к себе забрать на ночь.
— А как же дом?
— Не беспокойся, как закончат работу, все закроют и опечатают.
— Сейчас Оле позвоню, чтобы ждала нас в больнице. А куда Эрнеста Петровича повезли?
— Туда же, где Максим лежит.
— А, ну хорошо.
Марина позвонила Оле и снова вернулась к разговору со Стасом.
— Он ведь не знает, что ты его дочь?
— Не уверена, хотя, может, эти и рассказали ему. Ну, Олег и его команда.
— Если Эрнест Петрович был в состоянии воспринимать информацию. Кстати, я же подружился там, в больнице, с заведующей реанимацией, помнишь, рассказывал?
— Ага-ага. Очень кстати.
— Да, полезное знакомство на самом деле. Я позвоню чуть позже, узнаю, что да как с твоим отцом. Какое состояние у него, все такое, когда навещать можно будет да ошарашивать новостями. Коллекцию камней, я думаю, вместе с Олегом скоро вернут.
— Хорошо, что камни вернут, а вот Олега возвращать мне не надо.
— Это уж точно, — засмеялся Стас, — но ему найдут место, ты не переживай.
— Вот почему-то сейчас вообще за него не переживаю! — Марина рассмеялась в ответ.
— Ну вот и славно! А за меня переживаешь?
— Очень!
— Здорово! Наконец-то за меня переживают! Да еще кто!
— Ой, Стас, засмущал.
— Да ладно тебе!
