Костик при первом же знакомстве произвел на меня благоприятное впечатление, что было весьма удивительно для отпрыска этой семьи. Его мать я пока даже не видела, но уже составила о ней крайне отрицательное мнение. Сопоставив рассказы Семена, Александры Владимировны и Леры, я пришла к выводу, что для Полетаевой главное – это богатство, которое она не стеснялась выпячивать на каждом шагу, несмотря на то что создано оно было криминальным путем. Эту женщину не жалко было использовать в своей игре…
Проезжая мимо киоска «Роспечати», я решила остановиться.
– Скажите, есть свежий номер газеты «Горовск сегодня»? – обратилась я к киоскерше.
– Сейчас посмотрю. Вот, последний экземпляр остался, – женщина подала мне газету.
Я протянула киоскерше мелочь и по дороге к машине успела пролистать газету в поисках Антошкиной статьи. На последнем развороте мне бросился в глаза заголовок «Скоростной режим». Сев в «Мини-Купер», я принялась читать: «Не было дороги до Колонтаевки, и не стоило ее ремонтировать. Ямочная болезнь – это не самое страшное. Гладкая лента асфальта, огибающая эту деревню, стала для ее жителей одной большой удавкой…» Начало мне понравилось. Непосвященного в тему человека оно должно было заинтриговать с первых же строк. А что там дальше? «Ночной покой закатали в асфальт». Оригинально! «Ностальгия по рытвинам, ухабам и кочкам». Трогательно! «Прокурорские детки строят офицеров ДПС». Смело! Оказывается, Ярцев еще не растратил свой журналистский дар. Я достала мобильник и набрала Антона.
– Привет акулам пера!
– Привет! Надо полагать, ты прочитала мою статью?
– Да, только что, и она мне понравилась. Перчика хватает. А ты говорил, что главный редактор зарубает на корню все острые статьи.
– Зарубает, – подтвердил Ярцев. – Как Афанасьев приедет из Москвы, точно меня четвертует.
– Так он в командировке?
– Нет, уехал в столицу дочь замуж выдавать.
– Значит, вернется добрым и простит тебя. Хотя мне кажется, тебя надо не прощать, а поощрять за смелость. Ты хоть и не назвал фамилии Покровского, но все равно понятно, о ком идет речь. Он ведь один у нас исполняющий обязанности. Думаю, и.о. прокурора города проведет с сыном профилактическую работу, и тот свернет гонки, хотя бы на время, пока его самого не назначили на должность постоянно.
– Полина, я твою просьбу выполнил, теперь ты, наконец, расскажешь, что задумала? Зачем тебе понадобился «Феррари»?
– Расскажу. – Я задумалась, когда нам лучше встретиться и где. – Антон, ты сможешь ко мне сегодня вечерком снова подъехать?
– Вечером я обещал к Нике заскочить.
– А вы вместе с ней ко мне и приезжайте, – предложила я.
– Ладно, я поговорю с ней. Действительно, хватит уже Нике сидеть дома наедине со своей скорбью, разъедающей душу, как моль шерстяную одежду. Пора бы ей проветриться, выйти в люди.
Когда я вернулась домой, дедуля сообщил мне:
– Ты знаешь, Полетт, а ведь твой протеже сегодня не вышел на работу.
– Мой протеже? – Я не сразу сообразила, о ком идет речь. – Олег, что ли?
– Именно он. Я поинтересовался у Кузьмича, почему бригада не в полном составе, он сказал мне, что Михайлов просто взял и не появился. Завтра им обещали дать нового рабочего, так что срок окончания работ не сорвется. Полетт, я как чувствовал, что нельзя доверять Олегу! Это я про то, что не стоило снабжать его видеокамерой, – пояснил Ариша. – Он наверняка установил за кем-нибудь наблюдение и теперь ждет подходящего момента, чтобы запустить свою руку в чужие закрома.
– Дедуля, подобные камеры продаются в любом магазине электроники. И если Михайлов строил какие-то криминальные планы, то ему проще было пойти в магазин и купить там все, что нужно для видеослежения, чем спрашивать об этом у меня.
– Полетт, я не понимаю, почему ты его все время защищаешь. Неужели Олег тебе приглянулся? Ma chére, – Ариша нахмурил брови, – ты хоть осознаешь, что у него не только криминальное прошлое, но и весьма сомнительное настоящее? Я уже не говорю про двоих детей…
– Вот-вот, у Олега двое детей грудного возраста, которых ему совершенно не с кем оставить. Вдруг ему снова пришлось уволить няню?
– С тобой бесполезно разговаривать на эту тему, ты найдешь для этого вора любое оправдание, – дедуля махнул рукой и направился в свою комнату. В его глазах Михайлов был закоренелым преступником, который только спит и видит, как бы кого ограбить. А я ему почему-то верила…
Отзвонился Ярцев и сказал, что часам к семи будет у меня вместе с Вероникой. Я решила испечь по этому случаю шарлотку с яблоками. И вот, когда я взбивала блендером тесто, раздался звонок в дверь.
– Я открою, – бросил мне дедуля, который как раз вертелся в прихожей.
Вскоре в столовую с каменном лицом и на деревянных ногах зашла моя подруга Алина и молча рухнула на стул. Примерно такой же вид у нее был тогда, когда она потеряла органайзер со всеми своими дисконтными картами…
– Что случилось, Алина? – спросила я, заливая жидким тестом разложенные в формочке кусочки яблок.
– Случилось! – подтвердила моя подружка с явным вызовом. – Из-за тебя, Поля, я рассталась с Николашей.
