Решив сделать Сане сюрприз, мы выехали домой без звонка. Я надеялась вернуться в Красноярск 21 июня, в мой день рождения. Хоть Соня и не оставалась в Барнауле без внимания детей и взрослых, ей все же хотелось домой – очень скучала по отцу и соседским приятелям: Сережке, Игорьку, поэтому по приезде запрыгала от счастья, когда увидела друзей. Было часов двенадцать – время прогулки малышей, поэтому на детской площадке находилось много народа. Софья вырвала руку из моей и стремглав побежала к ребятам. Я же присоединилась к одной из мамаш, подруге и соседке Иринке, её муж служил в той же части, что и Саня. Мужчины не дружили, но все мы иногда встречались в компаниях приятелей. Что тут скажешь? Красноярск – город маленький.
– Ирина, посмотри за Софьей, – попросила я, – пойду вещи распакую, приготовлю что-нибудь; вечером, наверное, сходим с мужем в ресторан, поэтому сделаю легкий салатик да суп сварю дочке.
– Иди, конечно, и с днём рождения тебя еще раз. Подарок от меня вечером. Не знала о вашем приезде. Мы вчера у Мавриных их годовщину свадьбы праздновали, вот там и разговаривали с Сашей. Он сказал, что ждёт вас через неделю, не раньше.
Довольная предстоящей встречей с мужем, я пошла домой. По моим подсчетам он должен быть на службе до вечера. «Как хорошо, всё успею сделать. Но сначала в душ», – думала я. В прохладной тишине квартиры я ощутила новый прилив счастья – дома. Оставив вещи в коридоре, отправилась в ванную набирать воду. Но что-то мне показалось неправильным, странным, и я вернулась в коридор. На трехъярусной подставке для обуви рядом с туфлями мужа стояли красные босоножки моего размера. «Может, это он мне купил? – успела подумать я, – но нет, они ношеные». И тут из полуоткрытой двери спальни услышала короткий женский храп. На цыпочках войдя в комнату, я увидела «картину маслом»: в нашей супружеской кровати, обнявшись, лежали муж и незнакомая мне девица. «До чего же тривиальная ситуация», – подумала я, – как в анекдоте: муж, а в моем случае жена, возвращается из командировки». Почему-то всегда была уверена, что меня подобная история не коснется. Жаль, Саня не знал о моих мыслях.
В спальне стоял сильный запах перегара. Муж слегка приподнял голову, видимо, почувствовав чужое присутствие, посмотрел мутными глазами, раскрыл рот, желая что-то сказать, но я прижала палец к губам: тсс, и тихо закрыла дверь. Решение созрело мгновенно. Я подошла к шкафу, забрала свидетельство о заключении брака, свой диплом, третью часть из накопленных денег, достала ещё одну сумку и бросила туда наши с Софьей зимние куртки и другие вещи. На всё ушло не более десяти минут. Покинув жилище, я распрощалась со своими, как до этого считала, счастливыми годами жизни.
Конечно, не будь у меня дочери, я бы, наверняка, тут же нашла, каким транспортом уехать из этого города, хотя бы и на попутках. Но со мной была Софья, нельзя было рисковать её жизнью и здоровьем. Я, оставив вещи у Ирининого подъезда, подошла к мирно играющим детям.
– Мама, когда пойдём домой? Я уже наигралась. А папа на работе? – забросала вопросами дочка.
– Сонечка, мы должны снова ехать к бабушке, – не отвечая на вопросы, сказала я.
– Света, что случилось, почему ты не занесла вещи? – этот вопрос последовал уже от Иринки. Как же вам сложно отвечать.
– Ирина, можно до вечера побыть у вас, хотя, может, раньше удастся уехать? Мне нужно узнать, на какой транспорт есть билеты до Барнаула. Телефон работает?
– Да, – с недоумением ответила подруга. – Что же все-таки случилось?
– Не бери в голову, ничего особенного. Просто нужно уехать.
– Ладно, идемте к нам, позже разберемся. Сергей, Игорь, домой, – крикнула подруга.
Приняв душ и искупав Софью, я начала обзванивать кассы вокзалов. На мое несчастье в этот день и в ближайшие два не было рейсов самолетов, прямых поездов, только вечером в восемнадцать часов отправлялся автобус, в пути он должен быть семнадцать часов. Подумав, я решила, что такой вариант меня устроит: и удобное расписание, и Сонечка не отказывается путешествовать автобусами, а напротив, любит этот вид транспорта. Покормив дочку и уложив ее спать, я отправилась за билетами на вокзал.
Признаться честно, уезжать из дома, ставшего родным, мне совершенно не хотелось, не хотелось покидать такой привычный мирок, определенный уклад жизни. Но простить предательство я не могла. «Пора снимать розовые очки, давно пора. Скорее всего, это не единичный случай измены, возможно, были и еще эпизоды», – рассуждала я. Тут же вспомнились отлучки мужа на охоту - рыбалку, наши с Софьей отъезды к маме в Барнаул. Наверное, в это время у него тоже были маленькие приключения.
Когда я вернулась в квартиру Ирины, меня ждал сюрприз – собственной персоной на кресле восседал заспанный, небритый, какой-то помятый Широков. Дочка сидела у него на коленах и играла с куклой, которую подарила перед отъездом Ольга Скачкова.
– Иринка, ну, у тебя и гостей сегодня, всем не терпится засвидетельствовать свое почтение, – выдавила я улыбку.
