С другой строны, имена многих городов России имеют финскую основу— Вязьма, Кинешма, Кострома, Москва, Псков, Тотьма, а по происхождению финны являются одним из тюркских народов.
Так, наименование «Москва» традиционно связывают со словом «про-МОЗГ-лый», исходя из представления о сырости, болотистости места, на котором был построен город. Однако название будущей столице русского государства дали финские племена, которые тысячу — полторы тысячи лет назад обитали на территории нынешней России. Непосредственно имя городу дано одной из двух рек, при слиянии которых он был поставлен. Река звалась «Москва» от финского musta — «черная» (для сравнения полезно привлечь и областное финское muskea — «темный»). Ранее пространства от Балтики до Урала и от Волги до Днепра были покрыты густыми труднопроходимыми лесными зарослями. Из протекавших здесь рек сравнительно узкие были затенены переплетавшимися над ними ветвями могучих деревьев, росших по их берегам; такие потоки представлялись финским лесным охотникам и собирателям ягод и грибов «черными», «темными» — по-фински musta, muskea; свойственное тюркским языкам тяготение к ударению на последнем слоге оказало тут свое влияние и таким образом довершило организацию слова «Москва» — «черная, темная (река)». Названия рек «Меты» в Новгородской области и «Псковы», тоже давшие имена городам, представляют собою необходимые параллели для доказательства; вывод подкрепляется наличием переводных обозначений, говорящих об одном и том же: Кара Су на Кавказе, Черная речка в восставшем «из тьмы лесов» Санкт-Петербурге.
Когда же лесная река была широкой, она словно раздвигала берега, в ее воды гляделось бледное северное небо. Водный простор казался «белым», по-фински valkea, так образовалось имя Волга. Его параллели: Волхов (из «Волхова» т. е. valkea-va — «белая вода»), Влтава, Пулково, Полтава, Молога. Но если широкий водный простор называли «белым», и это слово кровно связано с финским valkea, то нетрудно понять, почему слова «большой», «великий» имеют в своей основе те же согласные Б (В)-Л-К. После сказанного становится ясным происхождение названий «река Белая», «река Великая», «Белое море», «Балтийское море» (baits по-латышски «белый»). Небезынтересно, что у арабов Средиземное море называется аль-бахр аль-абъяд аль-мутавассит — «Белое Срединное море».
Если вспомнить о еще одном обозначении понятия «белый» — тюркском ака (точнее это значит «выбеленный, забеленный»), то от
Ороксология
273
кроется происхождение названия «Ока» (при учете среднерусского «оканья» — сравнить «отец» из тюркского ата, «Толстой» из «толстый»).
Для Оки — притока Волги — существуют две тоже тюркоязыч-ных параллели: река Ока в Восточных Саянах и река Ангара, вытекающая из Байкала. Последнее наименование (ангара) при исследовании распадается на две части: Анга-ра. В первой появление носового звука объясняется обычной неустойчивостью «н». Озвончение ака в виде анга, как и «напряженность» этого слова, приведшая к появлению «н» в его составе, объясняется влиянием последующего взрывного «р» в слове -ря. Это озвончение оказалось настолько сильным, что даже в 20-х годах нынешнего столетия столицу Турции именовали «Ангора» (сравнить сохранившееся название «ангорская кошка»). Утвердившееся теперь название «Анкара» отражает более раннюю чистую тюркскую форму.
Что касается слова «-ра», то в нем ясно видно персидское pax— «путь». Иранские купцы бывали частыми «торговыми гостями» в древней и средневековой Руси, посещали они и Сибирь, скупая у местных охотников драгоценные меха. Из персидского происходит и название «Обь» (из перс, аб — «вода»). Но если слово, давшее имя великой сибирской реке, имело все же ограниченное распространение, то его брат по языку, pax в виде «-рд» весьма деятельно участвует в словаре географических имен также к западу от Уральского хребта. Здесь иранское слово pax встречается с финскими и образует с ними устойчивые сочетания: Кашира (ка(к)си ра(х)— «два (торговых) пути» (фин. kaksi— «два» + перс, pax— «путь»); Вишера (ви(и)си ра(х)— «пять путей» (фин. viisi -«пять» + перс, pax); Мещера (метса pax -«лесной путь» (фин. meltsa — «лес» + перс, pax) и т. п. Таким образом, Ангара (анка-ра) может быть переведено как «большой (широкий) путь».
Использование рек, особенно крупных, для торгового судоходства даже в пору натурального обмена четко просматривается в стародавних названиях Волги у восточных народов — «Ра» и «Итиль»: в первом нетрудно узнать все то же персидское pax — «путь»; во втором за вычетом древнего определенного члена «т» (этот звук доныне присутствует в разноязычных усложнившихся показателях определенности), сохранившегося, например, в начале слов «Терек», «Атлантида», остающееся -иль представляет собою тюркское обозначение понятия «путь».
В наименованиях рек рассматриваемого сейчас географического круга финское влияние не всегда сосуществует с иранским. Первое
274
Книга третья: В ПОИСКАХ ИСТИНЫ
