Тогда все они недоумевали. Почему один Брадур едва не убил Светлану, а второй спас ее жизнь? Но теперь кое-что обретало ясность. Двойником оказался Сатар.
– Осторожно! – вскрикнул Рэн, закрывая собой Эрин. Если пирамида была пустой, она могла поглотить чью-то магию. Но Сатар не собирался их убивать. Он протянул дракону артефакт на раскрытой ладони.
– Возьми, – хрипло произнес он. – Отдай это Марине. Она поймет.
Рэн выхватил вещицу, опасаясь, что та может кому-то навредить.
– Ее нужно уничтожить, – заявил он.
– Нет, – запротестовал маг из последних сил. – Она нужна Марине. Это спасет ее.
– Откуда ты взялся? – спросила Эрин, видя, что магу остались считанные секунды. А у нее было так много вопросов. – Как ты связан с Брадуром? Куда они забрали Марину?
– Анэль, – шепнул Сатар и замер. В ту секунду, как жизнь покинула его, тело мужчины растворилось на частицы Света, которые, подобно сотне светлячков, разлетелись по комнате, а затем и вовсе выскользнули в окно. Эрин с Рэном наблюдали за тем, как Свет поднялся ввысь, к магическому светилу этого мира.
– Сын Виктуса, – прошептал Рэнданэйл. Так говорили о тех, кто рождался в самый день мощного выброса энергии магического светила. Рэн и сам был сыном Виктуса, потому и обладал столь сильной и уникальной в своем роде магией.
– Очень красиво, – прошептала Эрин. – С тобой тоже так случится, когда ты погибнешь?
Рэн закатил глаза. Ему не терпелось вернуть ту светлую и ласковую девочку, которую он знал, когда еще в его Эрин не вселилась Тьма, желание все уничтожать и мысли, подобные этим. Нет, он не собирался мириться с тем, что его пара стала угрюмой королевой хаоса и разрушений. Потому, крепче сжав пирамидку в руках, он произнес:
– Анэль Таргос – младший сын короля светлых эльфов. Избалованный жестокий подонок. Я знаю, где третья иномирянка.
– А что делать с Брадуром, когда мы ее найдем, ты знаешь? – Эрин горестно вздохнула. Ее спасителем стал Рэн, Светы – Реар. А что будет с Мариной? Похоже, мужчина, который только что погиб, был единственным, кто мог ее защитить. И она ничем не смогла ему помочь.
– Будем действовать по обстоятельствам, нам не привыкать, – ответил Рэнданэйл, принимая сущность дракона. – Летим. К полудню доберемся до светлых!
Яростно зашипев, Сатар оттолкнул меня и вновь набросил накидку на лицо. Нет, я его не узнавала. Ни это искривленное гримасой ненависти лицо, ни светазлой колючий взгляд, ни жестокость рук.
Мой маг, мужчина, который постоянно улыбался, шутил, смотрел на меня, как на сокровище, и жизнью своей рисковал, чтобы спасти меня не мог быть этим чудовищем.
– Это не ты, – заорала я. – Не ты.
Он заставил меня смолкнуть, а мое тело онеметь. Но слезы все еще стекали с моих глаз.
Рев дракона внезапно оглушил всю площадь. Эльфы закричали и толпой ринулись бежать из площади. И не зря, еще спустя секунду прямо возле Анэля оказалась девушка. Та самая, которую я видела ранее в доме, где на нас напали. Она появилась с неба, раскинув руки. Конструкция, на которой держалась сцена начала осыпаться, и женщины, все еще цепляющиеся за свои жизни, свалились на землю, держась руками за шеи. Я не могла разобрать, все ли из них выжили, потому что поднявшийся клубок пыли и тень от крыльев дракона мешали обзору.
Стоящий рядом черный маг поднял вверх ладони, и тут же нас опалило жаром огня из драконьей пасти. Брадур не успел нанести удар, но поставил магический щит, защищающий от огня.
Я слышала жалобный крик Дареи и злобные проклятия Анэля, но вскоре их звуки стихли, и вся площадь погрузилась во тьму, как будто наступила ночь. Дракон, такой прекрасный и блестящий, словно сделанный из миллионов бриллиантов, приземлился на землю, и атаковал Брадура мощным хвостом. Тот отлетел за моей спиной, но я не могла разглядеть или отойти в сторону, ведь все еще была околдована чарами темного мага.
А потом произошло что-то, что заставило этого огромного зверя визжать, рычать и дергаться одновременно.
– Не смей! – раздался голос другой иномирянки. Она появилась в поле моего зрения, и за ее спиной огромными крыльями заклубилась Тьма. Она выглядела так зловеще, что по моей коже пробежались мурашки. Окинув меня беглым взглядом, девушка выпустила из рук стрелу Тьмы в сторону Брадура. Дракон перестал изнывать от боли и поднялся ввысь. С одной стороны от меня что-то рухнуло, с другой – упал огненный сгусток. Я оказалась застывшей статуей на перекрестном огне, и даже не видела, что происходит за спиной, не представляла, чего ожидать.
Услышала треск, а в следующую минуту в мою сторону полетели камни. Дракон вновь спустился на землю и вовремя закрыл меня своим крылом от удара. Сам он рычал, но стойко терпел боль.
«Я вернусь за тобой», – прошипел полный злобы голос мага в моей голове, и затем все стихло.
Дракон перестал истошно реветь, за спиной больше не слышались звуки разрушений. По моим щекам все еще стекали безмолвные слезы, когда девушка вновь появилась перед глазами. Она мягко отодвинула крыло дракона и протянула ко мне руку. Но так и не прикоснулась.
