Маму мне удалось успокоить, но я полночи себе места не находила. Сон не шел, терзала вина: я всем принесла только вред. А еще жалела, что не могу быть сейчас рядом, что маме придется одной справляться с отцом. А если он продолжит пить? Будь я там, смогла бы «убедить» его этого не делать, найти новую работу, потому что уверена, на этой ему житья теперь не дадут.
Встала с кровати и положила перед собой шкатулку. Белые точки почти не различить за Тьмой. Она заволокла почти все пространство внутри каждого камня. Стоило взглянуть на свой камень, как я оказалась внутри него.
Я пар
Мне нужно во что бы то ни стало выполнить свое задание! Чего бы мне это ни стоило, потому что так больше продолжаться не может…
Состояние, в котором я пребывала последние дни, сложно описать. Я то воодушевлялась, то находилась в отчаянии, не зная, как справиться
Мне нужен свет. Чтобы победить врага, нужно отыскать его внутри себя. Но как?
Мне нужно определить свою истинную волю. Чего я хочу? Чего желаю больше всего? В тот момент я хотела, чтобы Тимур меня помнил. Чтобы никто не забывал. Но это неверные ответы. Ничего не менялось, Тьма не уходила.
Я говорила сама с собой и в то же время будто с кем-то еще. Хотя в камне, в этой чертовой камере размышлений, я находилась одна. Подняла голову и снова оказалась в московской квартире. Я сидела за столом, но Тьма оставалась рядом. Она заполнила собой все пространство. Тусклый свет бра стал почти неразличим.
– Уходи! – зло прошипела я.
Чернота не послушалась меня. Зато ее спугнул Тимур. Я вздрогнула от сигнала мобильного, и Тьма исчезла. Посмотрела на телефон – экран светился, он прислал сообщение. Вспомнил! Я схватилась за него, чуть не выронив.
Часы на мобильном показывали три часа ночи, значит, в Томске уже семь. Тимур проснулся и вспомнил меня.
За прошлую неделю мы созванивались всего четыре раза. В выходные он ездил к родителям, и мы пропустили два дня. В небольшом поселке плохо работала связь. И это сильно сказалось на наших отношениях. После разговора с мамой я настрочила ему несколько сообщений и, честно говоря, уже не ждала ответа. Но он вспомнил. Тут же набрала ему по видеосвязи.
– Привет! – радостно сказала я, жадно рассматривая изображение на экране.
– А ты почему не спишь? У тебя же еще ночь, – удивился он.
Судя по изображению, он находился в ванной.
– Нервы, переживания, – пожала плечами.
Картинка на экране затряслась, затем зафиксировалась. Тим, похоже, пристроил телефон на полочку над раковиной.
– Не против, если я побреюсь? – шутливо произнес он.
Замотала головой.
Делай что угодно, только дай на тебя посмотреть.
– Я соскучилась.
– Я тоже. Еще три недели осталось.
Тимур принялся наносить на подбородок и щеки пену для бритья. А я стала рассказывать о своих переживаниях.
– Хочешь, я съезжу, поговорю с твоим отцом?
– С Артемом поговори. Если ему нужна будет помощь, поезжайте вместе. Мама ему уже все должна была рассказать.
– Подождешь секунду?
Кивнула, и парень наклонился, чтобы смыть с лица остатки пены. Затем мы вместе завтракали. Я правда почти ничего не съела, мне не хотелось. А закончили, когда Тимуру пора было выходить на работу.
Я снова забралась под одеяло и наконец смогла уснуть.
Открыла глаза и повернулась, чтобы посмотреть время: всего семь утра.
Это сколько я проспала? Всего три часа? Что-то новенькое.
Проснуться зимой в такой ранний час, когда за окном темень, немыслимо для меня. Я проанализировала свое состояние и желание еще поваляться и поняла, что мне больше не хочется спать. Я уже выспалась.
Тогда мне это не показалось странным. Списала на эмоции и гормон счастья от ночного разговора с Тимуром и не придала значения. Только потом я поняла, что уже стремительно приближалась к финалу, ведь это стало одним из моих новых свойств – не спать и не есть.
Но тогда я убедила себя, что это из-за стресса и акклиматизации.
Во вторник я шла на работу в прекрасном настроении, но в один момент все резко изменилось. Я подняла глаза к небу – вместо белой низкой тучи надо мной нависла Тьма. Она клубилась вокруг и сгущалась. Уличный свет почти не пробивался сквозь нее. Я замерла, не в силах пошевелиться. Огляделась: на улице никого. Сердце взволнованно забилось.
– Уходи! Пропусти меня! – крикнула я и махнула рукой.
Тьма исчезла, и все стало как прежде. Появились люди и здания вокруг. Медленно я продолжила свой путь. С опаской зашла в здание, осматриваясь по сторонам, но не заметила никаких изменений.
На стажировке все шло своим чередом: интересные задания, знакомства, встречи, ежедневное заполнение отчетов. Парни-стажеры продолжали меня игнорировать и делать вид, что не замечают.
Сила не давала забыть о себе, постоянно напоминая. Не только мысленно, но и физически. Трогала меня изнутри. Пальцы горели от концентрированной энергии Силы. В любой момент она была готова выплеснуться. Но я держалась.
