– Вам что-то нужно? – спросил Тимур и крепче сжал женскую ладонь в своей руке, подтягивая девушку ближе к себе, защищая…
Посмотрела на этот жест, затем на Свету:
– Я его девушка, а ты уже надоела постоянно ошиваться рядом. Он мой. Всегда им был и будет. – Быстрым жестом я дотянулась до ее лица ладонями, прикоснулась и произнесла: – Уходи. Чтобы я тебя больше никогда не видела.
Все мои действия в тот момент подчинялись эмоциям. Я ничего не соображала от ревности. Шла у нее на поводу. Мне казалось, что уже все потеряно, и мысленно я отправила к черту все обещания, которые давала себе. Сейчас мне требовалось только одно – восстановить справедливость и вернуть Тимура.
Он должен быть со мной, а не с ней!
На мгновение зеленый огонь вспыхнул в глазах девушки. Она нахмурилась, взглянула на Тимура и отпустила его ладонь. Обошла меня и ушла.
Мы остались вдвоем, смотрели друг другу в глаза, не моргая. В его взгляде столько всего было намешано: непонимание, злость и… разочарование. Затем Тим посмотрел вслед Свете и покачал головой, не веря в происходящее.
– Кто ты, черт возьми, такая и что ты делаешь? – рявкнул он и бросился бежать за Светой.
А потом все произошло так быстро, что я не успела сообразить. Не успела ничего сделать.
Он бежал, звал ее. Света уходила, не оборачиваясь.
– Тим! Тимур! – я поспешила за ним.
Но он не реагировал, бежал за другой. Света уже перешла дорогу, когда Тимур выбежал на переход. В утренних сумерках его осветил свет фар, и в тот же момент раздались звук автомобильного сигнала, визг тормозов и треск глухого удара. Машину занесло, но она все-таки затормозила и остановилась ровно там, где секунду назад находился Тимур, а его тело отбросило в сторону.
Машина стояла посреди дороги. Мне не было видно, что за ней. Время замерло. Не веря в происходящее, я сорвалась и понеслась со всех ног. Мне нужно было увидеть. Убедиться, что с Тимуром все в порядке.
Господи, что же я наделала!
При резком торможении машину повернуло. Она стояла так, что мне не было видно за ней ничего. Я обогнула ее и на мгновение замерла, увидев на влажном асфальте в тени тело Тимура.
Из меня вырвался крик. Или вой. Меня трясло, руки не слушались, а ноги не держали. Я подбежала к нему и упала коленями в кашу из грязного снега. Трогала его, пытаясь нащупать пульс на шее. Но не получалось. Я даже толком и не знала, где его искать.
Тимур застонал и попытался открыть глаза. Потянулся к голове. Я сжала его руку и, захлебываясь в рыданиях, шептала без остановки:
– Только живи… только живи…
С разных сторон к нам подбегали люди, я слышала их разговоры, но ничего не понимала, продолжая нашептывать свое заклинание. В какой-то момент, когда рядом засверкали сине-красные огни, я подняла голову и огляделась. Светы нигде не было. Ушла, как я ей и приказала.
Тимур так и не смог открыть глаза, и я не могла понять, работает моя Сила или нет.
На пике эмоций и переживаний я не задумалась, что хватило бы одного моего воздействия. Я была настолько не в себе, что не могла ни о чем думать. Мне и в голову не пришло, сработает ли моя Сила и поможет ли Тимуру. Здоровье не от меня зависит. Я не могла его дать Тимуру. Я влияла лишь на мысли.
Но в тот момент я без остановки продолжала повторять: «Только живи!»
Вокруг сновали врачи, полицейские. Когда Тимура погрузили на каталку, я поехала в больницу вместе с ним. Забилась в угол машины «Скорой помощи» и смотрела на него. Не верила, что все случилось по-настоящему. Не хотела верить, что это правда.
В больнице Тимура сразу увезли в операционную. Я осталась стоять в приемном отделении и смотрела на закрытую дверь. Меня трясло, колотил озноб. Медсестра подошла ко мне со стаканом воды, вложила его в руку. Но у меня не хватало сил, чтобы удержать его. Тогда она сама подставила его к моему рту, и, сделав глоток, я ощутила вкус лекарства.
– Это успокоительное, – пояснила женщина и продолжила вливать в меня его. Затем проводила в комнату ожидания.
Помогло. Спустя некоторое время я успокоилась.
Не знаю, сколько времени прошло в ожидании. Мерила шагами маленькое помещение, сидела, стояла, меня то и дело скрючивало. Стоило вспомнить Тимура, лежащего на холодном мокром асфальте, меня накрывало, и рот открывался в беззвучном крике.
Но никому не было дела до меня. Обо мне забыли.
Я столько раз воспользовалась за сегодняшнее утро Силой, что не удивилась, когда через пять минут женщина меня не вспомнила. И в этом, как бы это ужасно ни прозвучало, было мое преимущество. Я могла каждые пять минут подходить к медсестре и спрашивать о состоянии Тимура.
Поговорив с ней в очередной раз, я отошла к окну и нащупала в кармане телефон. Нужно было кому-то сообщить о случившемся. Я написала сообщение Артему, но он и спустя полчаса не ответил мне. Тогда я оставила медсестре записку, где указала номер брата, и попросила связаться с ним.
Через два часа вышел врач. Диагноз звучал неутешительно.
– Множественные ушибы и гематомы, черепно-мозговая травма средней тяжести, сотрясение второй степени и перелом шейки бедра…
