Джоанна замолкла и взглянула на Лесси, которая с важным видом бежала по тротуару.
– Но как же ты тогда?.. – спросила она, упуская самые главные слова. Однако я все прекрасно понял.
Ухмыльнувшись, я сделал характерное движение в воздухе, словно скользил сжатой рукой по члену.
Она ахнула и прикрыла рот рукой, будто я показал ей что-то ужасное.
– Боже! Ты самоудовлетворялся год?
– Ага.
– Стоит мне знать другие грязные подробности?
– Каждый раз, закрывая глаза и сжимая член, я представлял тебя.
– О нет, Блейк, – прошептала она, смущенно опуская взгляд.
Я рассмеялся, наслаждаясь видом ее заалевших щек и пытаясь подавить странное неизведанное чувство в центре груди.
Нет.
Не стоит обманывать самого себя.
Чувство уже было мне знакомо и возникало только рядом с ней.
Я действительно представлял ее, когда касался своего члена. Мастурбировал, кончал, а после старался стереть ее образ из памяти.
Мне хотелось дать понять Джоанне, что многое из того, что я делал в прошлом, тоже не было ложью. Или о том, что я лгал ей, только чтобы не чувствовать себя уязвимым рядом с ней. Но я ничего не сказал больше. Решил, что будет лучше сменить тему. Но Джоанна опередила меня с этим.
– По поводу отца я не лгала. Все так и есть. Он игнорирует меня и предпочитает вести дела с Конрадом. В детстве я наивно полагала, что он передаст свою империю нам с братом, как равным партнерам, своим наследникам. Реальность оказалась жестче.
Джоанна заметно помрачнела, ее плечи опустились.
Я вспомнил, как в прошлом году Лоусон рассказывал о сестре Конрада – Селесте. Отец ушел от них, мать занималась собой, а Селесте приходилось полагаться на старшего брата.
Получается, Пижон не такой уж и пижон, каким я его считал. Все его слова, угрозы… Конрад переживал за сестру, заботился о ней. Разве я могу винить его за то, что он любит Джоанну?
Мы дошли до моей машины. Лесси вдоволь нагулялась, пора вернуть девочек в отель.
– Иногда лучше, когда родители держатся на расстоянии и не вмешиваются в жизни детей, – решил сказать я, чтобы подбодрить Джо.
В глазах Джоанны застыл вопрос, и я поспешил объяснить:
– В город приехала моя биологическая мать.
– Елена?
– Она самая.
Елена своим появлением вызывала лишь мой гнев. Однако на протяжении всех этих дней я думал об ожоге на ее руке. На мгновение мне стало даже жаль ее. Не знаю, что с ней произошло, но готов поспорить, было невыносимо больно.
Лесси запрыгнула на заднее сиденье автомобиля. Для Джоанны я открыл переднюю дверь, сам сел за руль и тронулся с места.
– Почему она ушла? – спросила Джоанна.
Я не любил говорить об этом. Историю моей семьи знали Кайл и Майя, кое-что знал Эрик. Для других мое прошлое – это черное пятно.
– Она решила, что ей пора двигаться дальше.
– Без ребенка и мужа?
– Отца она никогда не любила, а я был недостаточно веской причиной, чтобы она осталась.
События прошлого уже давно не трогали мое сердце.
– Они рано связали себя браком. Я родился, когда Елене было почти девятнадцать лет. Все говорили, что она не готова была быть матерью. И я верил, что однажды, когда она будет готова, вернется. Но она не вернулась, ни через месяц, ни через год, ни через десять лет. А потом я узнал, что она вышла замуж и поселилась в Чикаго.
– Блейк, ты же понимаешь, что дело было не в тебе?
Не во мне. Как же.
Я заехал на подземную парковку и остановил машину.
– Однажды я гостил у кузена в Чикаго. Я знал наизусть ее адрес, хотел взглянуть на нее всего раз, поэтому попросил кузена помочь мне. Когда мы добрались до ее дома, уже смеркалось. Но в тот вечер произошло что-то странное: загорелся их гараж, пламя быстро уничтожало все на своем пути. И тогда я увидел ее с новой семьей. Помимо замужества, она стала мачехой трех девочек. Выходит, она готова была быть матерью, но не моей.
Я до сих пор помнил запах бензина, паленой резины и пластика. Я помнил глаза Елены, когда она увидела огонь и сложила пазл в голове, мгновенно обвинив во всем меня. В ее взгляде не было ни капли сомнения.
– Что было с пожаром? – тихо спросила Джоанна.
– Их гараж и несколько машин сгорели. Никто из людей не пострадал. Во всем обвинили меня и моего кузена.
– Но ты же не делал этого?
– Не делал, но все решили иначе. Меня забрали в участок, пришли родители моего кузена, через несколько часов прилетели отец и Стефани. Папа все уладил, но я видел по лицу каждого взрослого, они винили в поджоге меня. Только Стеф верила мне, даже отец думал, что его маленький сын способен на такое.
– А твоя ма… Елена? – поинтересовалась Джоанна.
Я усмехнулся, вспоминая ненавистный взгляд матери в тот день.
