Ее взгляд забегал по моему лицу, а на щеках появился румянец.
– Я имела в виду, занимались сексом.
– Но сказала по-другому.
Моя рука проследовала ниже, накрывая ее соблазнительную попку.
В ее взгляде возникла угроза.
– Не думай, что я позволю тебе касаться меня.
– Забавно, ведь раньше ты умоляла об этом.
– Не льсти себе, Джефферсон, и держи свои руки в безопасной зоне, – огрызнулась она.
– Мне стоит уточнить, что в твоем понимании безопасная зона?
Я резким движением развернул ее и прижал спиной к своей груди. Она тихо застонала от неожиданности и потеряла равновесие, но я очень крепко держал ее. Гребаный торнадо не даст мне выпустить Джоанну из рук. Затем накрыл ладонями ее талию и принялся вести в танце, она расположила свои руки поверх моих. Опустив подбородок на ее плечо, я спросил шепотом:
– Это безопасная зона?
Она сделала несколько глубоких вдохов, прежде чем ответить.
– Да.
– Хм, – промурлыкал я, накрывая рукой ее живот.
Я почувствовал, как она вздрогнула, однако не оттолкнула меня и не сказала ничего против.
– А это? Джоанна, это безопасная зона? – хрипло спросил я.
То, что она разжигала во мне, рвалось наружу и жаждало ее. Я увидел, как затрепетали ее ресницы, и поцеловал Джоанну в висок. Низ моего живота потяжелел, вся кровь сконцентрировалась в одном месте, что так беспардонно упиралось в ее задницу.
Рядом с нами танцевали люди, но, казалось, никто из них даже не замечает нас.
– Да, – выдохнула она почти на грани стона, и этот звук мурашками прокатился по моей спине. – Но не смей поднимать руку выше, это выходит за рамки безопасной зоны, – задыхаясь, предупредила Джоанна.
– А ниже? – осведомился я, чувствуя, что сам уже балансирую на грани. Мы двигались, и она постоянно терлась упругой задницей о мой член, сводя меня с ума и заставляя забыть обо всем. Если бы не все эти люди, я взял бы ее в центре зала, на этой чертовой мозаике.
Она молчала, и это молчание не устраивало меня.
– Джоанна, так ты хочешь, чтобы я опустил руку ниже? Хочешь, чтобы я коснулся тебя в самом низу? Готов поспорить, ты уже совсем мокрая там.
Она покачала головой. Ее грудь вздымалась при каждом вдохе, а пальцы вцепились в мои руки.
– А может, в этот раз пальцев тебе будет недостаточно, Джоанна? Как думаешь?
Навязчивые мысли коснуться ее между бедер прямо здесь и сейчас захватили мою голову.
Джоанна молчала, но была уже достаточно возбуждена, чтобы умолять меня. Я развернул ее к себе, первым делом замечая пылающие щеки и стеклянные глаза.
– Тебе следует просто попросить, – напомнил я. – Мы покинем этот никому ненужный вечер в поддержку выдр, и проведем время иначе, малышка.
Джоанна сглотнула и уставилась на меня. Она так долго не моргала и не отводила взгляда, что я подумал, что она уснула.
– Джоанна?
– Этот вечер в честь коал.
– Что?
– Деньги собирают для коал, а не для выдр. А свое предложение можешь оставить при себе, – спокойно сказала она, разрушая все мои надежды на нее и этот вечер. Или не все?
Я отошла от Блейка и вернулась к брату.
Мои щеки горели. Что он вытворял, и как на это реагировало мое тело, не поддавалось никаким объяснениям.
Конрад окинул меня любопытным взглядом и улыбнулся самой гадкой и вызывающей улыбкой, которой только мог. Мало того, что он злился, так еще и насмехался.
– Почему ты такая красная, Джоанна? – он коротко взглянул на Блейка, который вернулся в противоположный конец зала и принялся делать то, что делал всегда: смотреть на людей ненавидящим все живое взглядом. – Здесь тоже проблемы с термостатом?
Теперь покраснели даже кончики моих ушей.
– Просто заткнись, Конрад!
Я была напряжена. Для чего он делал это? У него больше нет ни капли влияния на меня!
Боже, кого я обманываю? Мое тело плавилось от прикосновений Блейка. Оно все еще желало его.
Мне хотелось думать, что дело не в нем, а в отсутствии постоянного партнера и сексуальной неудовлетворенности. Любой в этой комнате мог стать причиной такой реакции. Но, увы, это не так. Никого кроме Блейка в этом зале я даже не замечала.
Стоило ему положить руку на мой живот, в груди появился уже привычный трепет, посвященный только ему. На секунду в ту ночь в Аспене я подумала, что наконец приручила его. Я верила, что теперь он мой. Но проблема в том, что имя Блейка никогда не будет стоять в паре, Джефферсон не создан для того, чтобы любить. Он не создан для отношений. Он может только разрушать. Если я поддамся, он разрушит меня окончательно.
Взглянув на Конрада, я обнаружила, что он уже разговаривает с какой-то незнакомой мне девушкой.
– Джоанна, я отлучусь.
Приобняв блондинку, Конрад ушел, а я осталась одна. Барбару где-то носило, я не видела ее уже около получаса. В последний раз она говорила со своими знакомыми, потом к ней подошел Маккензи, и она пропала.
Иисусе!
Надеюсь, она не кувыркается с Кайлом.
Нет, такого точно не может быть.
Нужно выйти на балкон, возможно, Барбара забрела туда.
Лавируя между толпой людей, я практически дошла до балкона, но была остановлена до мурашек знакомым голосом.
– Джоанна! – я замерла, медленно обернулась, встречая холодный взгляд Майи.
