Принц в очередной раз не мог понять, чего хочет от непокорной девушки, и по наитию после разговора с Игнисом пришёл к ней. А она спала - ещё более спокойная и отстраненная, чем днем. В нем бушевала тьма неудовлетворенных желаний, но Ноктис забывал о них, видя Лайтнинг такой. Даже какая-то трепетная нежность прокатывалась по гортани.
Каэлуму казалось, он может просидеть так вечность - в полной темноте, спрятанный от чужих взглядов, рядом с ней, но его секундная передышка не могла длиться вечность.
***
Пылающие, алые краски. Как будто в кромешной тьме видишь раскаленный металл - отблески на лице человека, знакомого и неизвестного. Кровавые рефлексы под стать его глазам — злым и красивым, жестоким и усталым.
Прорываясь сквозь темноту, в которой она захлебывалась, Лайтнинг подскочила. Дыхание предательски сбилось. Она, дрожа, пыталась успокоиться, смахивая непослушными пальцами со лба крупные капли пота.
Фэррон думала, что кошмары уже перестали душить её, лишь стоит ей сомкнуть глаза, но то, что Клэр увидела сейчас, было хуже обычного, это были не абстрактные ощущения в кромешной тьме. Лайтнинг увидела вполне конкретный образ - человека, смотрящего на неё в упор, так близко, что она, кажется, ощутила его дыхание кожей.
Конечно, ей приснился Ноктис, и принц смотрел на нее зло, как тогда, возле горящего грузовика.
Неужели хваленая защита сознания дала трещину? Или Лайтнинг подпустила Ноктиса так близко, что он без труда расхаживал по её снам? Или всё из-за того шока, в который повергло её дневное поведение принца?
Девушка поежилась, зябко натягивая на голые плечи одеяло.
Каэлюм долго молчал, не обозначая своего присутствия. Ноктис сидел в самом тёмном углу комнаты, и Лайтнинг вряд ли могла его заметить. Он решился заговорить только тогда, когда девушка успокоилась и расслабленно откинулась назад на кровать.
- Приснился кошмар? - произнес холодный голос из темноты.
Лайтнинг сжала кулак и больно сощурилась, выдавливая из сонных глаз неуместную сейчас влагу.
Защита доктора Сида не подводила её! Скорее это было предупреждение, но такое яркое! Раньше она ощущала окружающие опасности, но не видела их во сне так четко.
Клэр всё ещё была под впечатлением от сна и особенно остро почувствовала себя беззащитной перед принцем. Всё же вечером в лифте она четко увидела исходящую от него неприятную угрозу.
И, какого чёрта, Центр до сих пор молчал, заставляя её оставаться на месте, хотя чего ещё она должна была ждать от них… Очередное предательство!
А Ноктис сейчас опасно близко, здесь темно, и тут уже нет свидетелей, никого, кто мог бы остановить его, никого, кроме самой Фэррон. Лайтнинг словно оказалась в клетке с диким зверем. Её же учили, как вести себя с подобными людьми, но она до сих пор не находила сил побороть принца морально…
- Ты давно здесь? - спросила она. Ломкий спросонья голос звучал не нарочно раздраженно.
Ноктис промолчал, ему не хотелось признавать, что он почти час, как верная собака, бдит её сон.
Девушка приподнялась на локтях, аккуратно придерживая одеяло на груди, но рассмотреть его не получилось. Только когда Ноктис поднес к губам стакан, она смутно по движению определила силуэт принца и то, что он пьет.
- Ты пьян, - констатировала Лайтнинг так, как будто это всё объясняло ей. Клэр вернула свою голову на подушку, размышляя, чем всё это может закончиться. Сейчас так сложно было оставаться спокойной, приходилось концентрироваться на дыхании.
Ноктис усмехнулся, он не был настолько пьян, чтобы Лайтнинг могла это заметить. Заявление розововолосой девицы звучало как наивное обвинение в убийстве, предъявленное человеку, который только взял в руки нож. А тон Лайтнинг только подстегивал к дразнящему поведению.
- Хочешь выпить со мной? – с легкой издевкой спросил Ноктис, так, как будто Клэр намекала ему именно на это. Но Фэррон не оценила шутки, лишь мысленно выругалась, понимая, что такое чувство юмора явный признак её подозрений.
- Нет, - даже слишком спокойно ответила Лайтнинг - не будет она поддаваться на его уловки, провокации, она же обещала себе быть выше и взрослее, иначе они оба скатятся до скандала, как пару дней назад.
Снова долгая и горькая тишина, он одним жгучим глотком опустошил остатки виски в своем стакане. Продолжать разговор дальше казалось опасно. Сын короля знал, что теперь, когда Лайтнинг проснулась и открыла свой рот, он не сможет так спокойно сидеть.
- Знаешь, я ведь могу пришпилить тебя к кровати, даже не вставая с этого кресла, - переведя дух после выпитого, сказал Ноктис.
Лайтнинг опустила холодную ладонь на лоб. «Соберись», - тихо нашептывало её сознание…
- Что тебе от меня вообще нужно? - спросила она. Такой правильный и такой острый вопрос, если бы Ноктис мог найти в себе силы ответить на него хотя бы самому себе, сколько всего встало на место.
- Я пока ещё не решил, что, - ставя акцент на окончании фразы, сообщил он. Девушка не могла уловить за усмешкой всей честности его слов.
