Игнис поморщился, понимая, что ему вряд ли получится посеять сомнение в сознании принца, он до идиотизма ослеплен Лайтнинг. Отворачивая свою голову в сторону, тактик решил, что их разговор окончен.
- В папке есть все материалы, что я нашел, можешь сам всё прочитать и оценить… - повторил он. - Только прошу, не превращайся в кретина и не позволяй ей обманывать себя, - последнее Игнис все же произнес с трудом, было опасно тыкать своего господина носом в очевидные вещи, вряд ли сын короля отнесется к этому нормально, тем более в таком дурном настроении.
- Думаю, с этим я справлюсь,- вкрадчиво ответил Ноктис, с каким-то садизмом в глазах наклоняя голову. Взгляд он не сводил с Игниса, тот ощутил, как ему внезапно стало не хватать воздуха в просторном кабинете принца. Каэлум-младший был сегодня особенно темен и не стеснялся применять свою ауру на приближенных. Игнис поспешил встать, чтоб уйти, он не собирался последовать участи Гладиолуса.
- Что с часами? – спросил вдогонку ему принц, Игнис о них даже не заикнулся, хотя те были в папке.
- Ничего, вскрыть их не удалось, они герметичны, правда нашёлся небольшой тайник, возможно, именно там она хранила гравитон,– нехотя сообщил Игнис у самой двери и вышел. Он словно сбегал от принца.
Оставшись один, Ноктис закрыл глаза, уже зудящие от алого цвета, склонил голову на руки, упираясь локтями в стол. И вновь эта невыносимая девушка не оставляла его в покое, занимая бескрайним океаном всё его сознание. Он откинулся в кресле, взяв в руки папку. Пластиковый пакет с «уликами» соскользнул на стол.
Советник предусмотрительно подчеркнул красным важные, по его мнению, места. Перебирая бумаги, Нокт остановился на одной вырезке из газеты, рука стратега почти не коснулась её, выделив лишь одно слово – Лайтнинг - под заглавной фотографией. На чёрно-белом изображении салютовала девушка в светлой военной форме - «Выпуск Военной Академии Объединенного Кокона, Клэр (Лайтнинг) Фэррон». Слишком серьезная, неестественно суровый взгляд для её возраста. Ноктис провел пальцами по бумаге, словно пытаясь нащупать рельеф её подросткового лица. Удивительно - такая озлобленная на весь мир… Такая же как и он.
За шесть лет Клэр сильно изменилась.
***
Лайтнинг била мелкая дрожь, сжимая телефон, она как и днем раздумывала, не воспользоваться ли им, но в этот раз чтобы сдаться, бежать. Не было в этом месте ничего, что держало Фэррон, одни подстерегающие на каждом углу опасности, очкарик, принц… После сцены в лифте Клэр чуть было не сломалась.
Для Лайтнинг вдруг стало ясно, как глупо она вела себя, думая, что поведение Каэлума лишь волнообразное наваждение, о котором и ей, и ему неприятно вспоминать. «Конечно, он же принц, с чего вдруг ему стыдиться своих желаний, он привык, что всё, чего он хочет, оказывается в его руках,» - поняла девушка, которая могла залиться краской даже от случайного прикосновения. Теперь же Ноктис разрушил её самообман, показывая, что, несмотря на свою маску безразличия, он не забудет и не спустит ни одной её слабости, и всё так же будет стремиться окунуть её в свою грязь, искалечить в духовном и физическом плане.
И как только она попалась в его липкие сети? Как же теперь она сожалела, что призналась себе в том, что испытывает к нему невыносимое влечение, и физическое, и духовное. Такое нельзя уже безболезненно вырвать из сердца.
Загнанная в угол Фэррон всё же сдержалась, отправив Центру только сообщение о Двух Винтовках. И теперь ежесекундно проверяла, не ответили ли ей на запрос. Ей так хотелось наконец услышать подтверждение своих догадок и со спокойным сердцем покинуть это отвратительное место, не чувствовать болезненных пут вранья очкарика и не видеть Ноктиса, хотя бы попытаться похоронить нездоровое чувство, что он сумел вызвать в ней. Забыть всё как страшный сон, как очередное испытание доктора Сида.
========== 26. Свет и тень ==========
В темноте мерно мерцал зелёный огонек, отбивая секунды. Часы показывали 2:47. Он тряхнул рукой, ощущая, как тяжелый браслет болтается на запястье. «И как они только держались на ней!» - Ноктис так и не разобрался с застежкой.
Ночь густым сумраком окутала всё, давая ему возможность хотя бы чуть-чуть расслабиться и скинуть свою тяжелую маску. Глаза Ноктиса быстро привыкали к темноте, и сейчас он видел силуэты мебели, очерченные серебристым светом Луны, широкую кровать, на которой спала Лайтнинг.
Ночь была его временем, от того он плохо спал и постоянно искал чего-то с приходом темноты. Но сегодня многие вещи заставили Ноктиса остаться дома.
Принц, гордо расположившись в кресле, взирал на Клэр, по капле убеждая себя, что в этом замкнутом пространстве не он затравленный зверь. Не спеша Ноктис отпивал по глотку виски. Тяжелый, аптечно-пряный вкус неприятно обжигал губы и заставлял скалиться от горечи, словно от кома досады, подступающего к горлу, но тонкое и сладкое послевкусие вознаграждало успокоением.
