Возвышение. Мне требовалось заросшее лесом возвышение. И бегущий неподалеку звонкий ручеек показал мне путь — надо всего лишь идти вверх по течению. На лежащий в воде громадный череп неведомого чудовища я не обратил особо внимания. Лишь небрежно скользнул взглядом, отметив про себя, что здесь недавно размыло землю весенним потоком талой воды и выворотило из почвы старый потрескавшийся череп. Не сгарх. Череп куда больше, куда клыкастей, пустые глазницы представляют собой узкие щели в массивной кости. Больше похоже на природный череп, чем на обычное вместилище мозга. Природа не могла создать подобное уродство. Тут чувствовалась могучая магическая сила. А зверь… кажется, раньше это был медведь, до того как его поймали и безжалостно воздействовали на него магией.
Страшные дела творились здесь раньше. Куда страшнее, чем сейчас. Тем более что последние два века здесь царило относительное затишье. Гибель отрядов поселенцев не в счет. И, кажется, настало самое время взбаламутить это болото — причем так думал не только я.
Сосна хорошее дерево. А когда достигает возраста в несколько столетий, сосна становится отличным деревом. Я выбрал именно такое — могучего древесного великана уверенно занявшего место на вершине заросшего холма. Нижних ветвей уж не осталось, но меня это не смутило — используя чистую силу и пару кинжалов, я быстро поднялся на достаточную высоту. Жаль было портить кору ни в чем неповинного дерева, но поделать нечего — мне нужно подняться и я это сделаю любой ценой.
Когда я достиг высоты локтей в сорок, мне открылся прекрасный обзор — я мог окинуть взором огромное пространство вокруг, чем и занялся, как только поудобней устроился на основании толстой ветви. Ниргалы остались внизу, занявшись осмотром оружия и доспехов — в основном осмотр свелся к очистке металла от запекшейся крови смешанной с хвоей и грязью. Странное сочетание запахов получилось… У ног молчаливых воинов лежала скрипуче повизгивающая нежить, нет-нет да поглядывающая наверх, выискивая хозяина преданным взглядом.
Удивительные здесь по красоте места. Куда не глянь — колышется зеленое море сосновой хвои. Есть редкие вкрапления елей и совсем уж редкие иных деревьев. Кое-где вверх выдаются темные верхушки холмов, но чаще всего даже возвышенности сплошь покрыты старыми деревьями. В лиге от меня виднеется торчащая в небо верхушки нужной мне горы — той, чье основание начинается на дне огромной ямы. Чуть правее от нее разбил лагерь Тарис Некромант. Правее от горы и дальше на запад расположено недавно покинутое нами поселение, откуда мы забрали остальную часть гномьего рода Медерубов. За моей спиной — северо-восток. Туда тяжело уходит многочисленный отряд состоящий большей частью из женщин и детей.
А все земли между мною и клятой горой представляют собой густые сосновые леса заполненные теми, кого послали догнать отряд и остановить. Некоторых мне и ниргалам удалось уничтожить. Но я уверен, что мы прикончили далеко не всех загонщиков. И сейчас, сидя на большой высоте, я внимательно вглядывался в колышущееся зеленое пространство, выискивая тех, кого нам стоит остановить как можно быстрее. И мне не составило труда быстро обнаружить несколько пульсирующих искорок быстро идущих прямо ко мне. Идущих слишком быстро для человека, да и искорки крупноваты и будто бы разделены надвое.
Прикинув расстояние, я начал спускаться, но тут краем глаза зацепил нечто знакомое и страшное — неровно летящую черную точку, ползущую над вершинами сосен в трех четвертях лиги от меня. Мои зубы сжались сами собой — я сразу узнал уродливую тварь, сумевшую взобраться в чистое небо. Ладно… Мне в голову пришла интересная мысль, не требующая многого для своего осуществления.
Идущий по нашему следу отряд состоял из шести хорошо вооруженных всадников. Двигался он не во весь опор, но шел достаточно ходко, куда быстрее человеческого шага. Впереди бежало около десятка крупных широкогрудых псов. Оставленный прошедшим обозом запах был настолько сильным, что собака не требовалось опускать носы к земле — они шли по следу как по ниточке. Псы жадно повизгивали, в нетерпении рвались вперед, но окрики всадников сдерживали их напор. Но даже крики не помогли в тот миг, когда чувствительные носы собак учуяли некий новый и очень сильный запах — появившийся на их пути внезапно и двинувшийся в том же направлении. С рычанием собаки рванулись вперед. Всадники попробовали остановить их, но не преуспели и дали шпор приземистым лошадям, что послушно ускорили шаг.
