– А что происходит, когда не все во Вселенной подходит одно к другому? – спросила она.
Юрмалов улыбнулся.
– Во Вселенной все уравновешено. Беда только, что люди не всегда это видят.
– А как тогда ты объяснишь ситуацию, в которой я оказалась вместе с родителями?
– Ваше сознание настроено на разные волны, как в радиоприемнике. Если передача неотчетливо слышна, голоса скрипят, шипят, то не радиостанция тому виной, – настрой свой приемник получше, и все будет в порядке.
– Это-то меня и раздражает! Мои родители и я считаемся христианами и должны были бы любить друг друга, но мы только и делаем, что ссоримся и разбираемся, кто прав, а кто виноват.
– Мы как тьма насекомых: вьемся у самой земли, не отваживаясь взглянуть вверх. Кто же ошибается? Кто слеп? Мы позволяем нашему ограниченному рассудку обманывать нас. Ты никогда не интересовалась философией Платона?
Света, смеясь, покачала головой:
– Нам его давали на философии в прошлом семестре, но, кажется, я ничего не поняла.
– Так вот, его занимал тот же вопрос. Он считал, что существует высшая реальность, совершенное «нечто», бледной копией которого мы все являемся. Платон пришел к выводу, что наше сознание настолько ограничено, что дает нам искаженную картину мира, раздробленную, неполную, поэтому мы не в состоянии охватить всю Вселенную как она есть.
Света язвительно улыбнулась.
– Ах, вот оно что! Не хочешь ли ты убедить меня в том, что вся беда в моей голове!
Юрмалов предупреждающе поднял руку.
– Нет, нет, не спеши делать выводы, – Он снова посмотрел вверх, на солнечные лучи, пробивающиеся сквозь зелень деревьев, на порхающих птиц. – Ты только прислушайся!
Какое-то время они сидели молча.
Света отчетливо услышала пение птиц. Ветер, запутавшись в верхушках деревьев, гудел то тише, то громче, шелест листвы напоминал отчетливую, законченную мелодию. Солнце было теплым и ласковым. Светлана с удивлением поняла, что впервые за много месяцев она почувствовала внутренний покой.
– Думаю, что теперь я почти попала в тон, – сказала она.
Юрмалов улыбнулся и ободряюще сжал ее руку.
Все это время демон с синей чешуей стоял позади Светы и перебирал ее мягкие волосы осторожными движениями когтистых лап, нашептывая нежные обнадеживающие слова.
Серафим и его воины снова собрались в маленькой церкви, но на этот раз дела обстояли гораздо лучше. Накануне вечером они почувствовали вкус сражения и одержали первую, хотя и маленькую, победу. И главное, их стало значительно больше. Если вначале их было всего два десятка, то теперь капитана окружало почти пятьдесят крепких воинов. Серафим обратился к стоящим вокруг него ангелам.
– Сейчас я зачитаю вам список прихожан, кому в ближайшие дни потребуется наша помощь и охрана. Василий и Глафира Звонаревы. Они были вчера вечером и выступали в защиту отца Георгия, – напомнил Серафим. – Теперь они готовы идти за ним в огонь и воду, для них упасть на колени в молитве так же легко, как снять шляпу. Мы вовлекли их в дело. Андрей и Юнона Дальноглядовы, – продолжал читать Серафим. – Заблудшие овцы, так сказать. Завтра мы приведем их сюда. Их сын Рома ищет Господа. Пока еще колеблется, но своего добьется.
Серафим передал список Симу и сказал.
– Возьми трех-четырех вновь прибывших воинов и собери с ними вместе всех истинно верующих, я хочу, чтобы они начали молиться.
Сим взял у него список и начал обсуждать его с несколькими воинами.
– А как обстоит дело с родными и друзьями истинно верующих в других местах? – спросил Серафим у одного из новоприбывших в Прахов ангелов.
– Многие из них спасены и готовы начать молиться. Может, отправить посыльных передать им задание?
– Нет, я не могу позволить даже одному воину отлучиться надолго. Лучше, если посланник передаст распоряжение ангелам-хранителям этих людей в городах и поселках. И пусть позаботятся, чтобы их подопечные молились за своих близких.
– Будет исполнено!
Ангел тут же отправил посланника выполнять поручение.
Сим тоже послал своих воинов и был в восторге оттого, что дело наконец завязалось.
– Прекрасно, капитан, – сказал он Серафиму.
– Это только начало!
– А Рафавал? Думаешь, он не догадывается, что ты здесь?
– Думаю, что он уже давно все понял. Ведь мы знаем друг друга достаточно хорошо!
– Значит, Рафавал готовится к сражению.
– Поэтому мы его и не начинаем. Слишком рано. Пока мы видим только крошечную частицу плана противника. А как дела у Каганова?
– Я слышал, жалкого Ревузара отослали в преисподнюю. Рафавал был в ярости от его неудачи с журналистом.
Серафим улыбнулся своим мыслям.
– Каганов пробудился к жизни, как проросшее зерно, – проговорил он и позвал: – Трикс, Тумар! – Воины немедленно явились. – Теперь у вас достаточно сил. Берите сколько понадобится помощников и охраняйте Михаила Каганова. Когда меч бездействует, врага может отпугнуть наша численность.
