– Я не знаю, существуют ли они на самом деле, – промямлил Хромов. – Они просто… есть, есть и все. Внутренние учителя, духовные проводники, высшие хозяева, называй как хочешь. Но все проходящие обучение у Лиховой в течение долгого времени вступают с ними в связь. Они возникают из ниоткуда, ты с ними разговариваешь. Иногда они появляются во время медитации, но потом обретают собственную жизнь, свой характер… и перестают быть только фантазией.
– Но кто они такие?
– Существа… некие существа. Иногда их видишь как людей. Иногда только слышишь их голос. Иногда чувствуешь их присутствие как духов. Юлия работает на них, или они на нее, я не знаю, кто у них главнее. Но от них нельзя скрыться, нельзя избежать их присутствия. Они принадлежат Организации, которая все знает, все контролирует. Юлия, в свою очередь, контролировала меня. Она вмешивалась даже в мои отношения с Галей, стояла между нами. Она могла сказать, чтобы я не печатал ту или иную статью, и я не печатал, хотя это шло вразрез с моими намерениями. Она владела мною, Каганов, она могла приказать мне взять пистолет и застрелиться, и я бы, наверное, это сделал. Ты должен ее знать, чтобы понять, о чем я говорю.
Михаил вспомнил, как он стоял в коридоре перед лекционным залом, недоумевая, как там очутился.
– Представь себе, я понимаю.
– Тут Эдуард принялся разбираться с университетской бухгалтерией. Мы расследовали дело вместе, и он оказался прав. Университет был на пути к банкротству, и сейчас положение не изменилось. Эдуард пытался остановить падение и хоть что-то выяснить в этой неразберихе. А я как будто двигался в двух направлениях, стараясь быть беспристрастным и к тем и к другим. Может быть, это и заставило меня искать выход из положения, пробудило желание вырваться. Я решил, что больше не позволю себя контролировать, ни Организации, ни Лиховой, ни кому другому. Я журналист, я должен писать все, как есть, – так я им и сказал.
– И тогда они о тебе позаботились.
– Это было для меня полной неожиданностью. Нет, наверное, не совсем. Когда в редакцию газеты пришла милиция, чтобы меня арестовать, я, пожалуй, понял, в чем дело. Я должен был это предвидеть, судя по тому, как обращалась со мной Юлия, да и все остальные. Ведь они раньше проделывали такие штучки с другими.
– Например?
– Я предполагаю, с агентами по продаже недвижимости, налоговыми инспекторами. Информация, которую ты сможешь получить в агентствах, поможет тебе кое-что понять. Я не сумел раскопать все, пока была возможность, но многие сделки с недвижимостью показались мне сомнительными.
У Хромова был хмурый и изможденный вид.
– Они уничтожат тебя, Каганов.
Но Михаила интересовали только ответы на его вопросы, а не сказки про страшный суд.
– Что ты знаешь о человеке по фамилии Козин?
Хромов опять состроил гримасу.
– Думаю, именно он является источником всех бед в Прахове. Юлия боготворит этого типа. Все подчиняются ее приказам, но она сама подчинена ему. Он болтал насчет университета, это я знаю. Но я не успел докопаться до сути, но, похоже, это правда. Поговаривали, что университет целиком перейдет в руки нескольких заправил из Организации, и Арсений Купцов проводил немало времени за разговорами с Козиным и его представителями.
– Козин пытается купить университет? – Каганов был поражен.
– Просто он этого еще не сделал. А пока он скупает город. Жилые дома, насколько я знаю. Но я уже сказал, что не хочу распространяться на эту тему. У него хватит денег на все. – Хромов достал из кармана помятый коричневый конверт. – Если хочешь, можешь заняться и этим.
Михаил взял конверт.
– А что это?
– Проклятие, вот это что! С теми, кто прикасался к этому конверту, обязательно что-нибудь происходило. Друг Эдуарда, Роман Иванов, дал его мне. Я надеюсь, Эдуард говорил, что с ним приключилось. Это то, что Иванов откопал в университетской бухгалтерии.
Михаил не мог поверить такой удаче.
– Ты шутишь? Эдуард знает об этом?
– Нет, я сам на него напал. Но погоди радоваться. Постарайся сам найти знающего человека, который поможет расшифровать тебе эти записи. Для меня это все темный лес… Однако мне кажется, что здесь не хватает доброй половины документов. Если хочешь поиграть в версии, попробуй эту: Козин появляется в Прахове и пытается скупить все, на что ему удается наложить лапу. У университета и в мыслях нет продаваться. Происходит следующее: университет, благодаря нашему Купцову, сталкивается с большими финансовыми трудностями, выбраться из которых можно только одним путем – через продажу. Поэтому предложение Козина кажется не таким уж глупым, а ко времени голосования правление уже до отказа забито теми, кто проголосует «за».
Открыв конверт, Михаил, страницу за страницей, пробежал глазами ксерокопии колонок с цифрами.
– И тебе не удалось обнаружить хоть какую-нибудь ниточку?
– Много ниточек тебе не понадобится. По крайней мере не так много, как доказательств. Что тебе действительно необходимо – знать, что находится на другом конце этого запутанного клубка.
– Может быть, финансовые отчеты Козина.
