Дружным строем нас вели по пустому коридору академии Межмирия. Вионетта весело щебетала о предстоящем походе в парк. Бенджемин шёл рядом и о чём-то усиленно размышлял. Ничто не предвещало беды.
Неожиданно дверь одного из кабинетов распахнулась, повалил сильный снег вперемешку с жёлтым песком. Две девушки вывалились и упали, держа друг друга за волосы. Первую я узнала, вспомнив первый день здесь, — святоша. Вторая отличалась золотистой кожей, короткими чёрными волосами до плеч и львиным торчащим из штанов хвостом. Они яростно дрались, оставляя кровавые раны.
Наш учитель, прозванный Ботаником, неспеша подошёл к враждующим девушкам и как котят поднял за шкирку. Посмотрел вначале на одну, а после — на вторую. Те сразу как-то сжались и приутихли, усмиряя стихии, бушующие рядом с ними.
— Где преподаватель? — строго потребовал он ответа.
— Я здесь, — послышался голос профессора Пиона.
— Зам? — поправляя очки, усмехнулся учитель. — Что ж вы птенчиками раскидываетесь?
— А…
— Тшш, — перебила Вита и прошептала: — Они давно враждуют.
Мышь поднялась на задние лапки и скрестила передние. Виновницы тяжело сглотнули и переглянулись. Ни капли сожаления, только страх за собственные шкуры.
— Они! — пискнул профессор, шевеля усиками. — Перешли все границы дозволенного порядка — по вашей вине!
— Что же сделали столь прекрасные леди? — удивился Ботаник. — Дрались из-за меня?
Поставив названых «леди» на ноги, мужчина начал расстёгивать чёрную рубашку. Женская часть ахнула, мужская насторожилась и принялась образовывать круг, потянулась группа профессоров, помогая нашим парням.
— Что происходит? — от нехорошего предчувствия засосало под ложечкой.
— Сражение, — нервно произнесла Вита. — Братику это точно не понравится.
— Нужно немедленно остановить их! — я попробовала прорваться вперёд, но Бенджемин ловко перехватил меня и отвёл обратно на место.
Он принюхался, глаза округлились, шерсть на голове встала дыбом, хвост распушился. Резко развернувшись, Бенджемин побежал в круг и заорал что есть мочи:
— Стоп! В этом месте присутствует беременная! Защитное поле от разрушения здания навредит ребёнку!
— Чёрт! Сатрея, я совсем забыла, — прикусила губу Вионетта и виновато склонила голову. — Прости!
Её слова в наступившей тишине прозвучали как раскат грома. Все взгляды устремились на меня, толпа загудела, как растревоженный улей. От подобного внимания жар опалил лицо. Я попыталась сбежать, но врезалась и оказалась обнята.
— Что тут происходит? — строго спросил Дейсон.
— Господин, — под ногами студентов бежал Пион. — Мы…
— Молчать! — прервал он. — В кабинет сразу после занятий, и ЭТИХ тоже.
Никто не задал вопроса, кого именно. Словно все знали ответ на этот вопрос. Скорее всего, ректор знал наизусть всех, кто нарушал порядок в его владениях.
— Милая, — прервал мысли Дейсон. — Твои занятия на сегодня окончены.
— Но… — возмутиться не позволили, запечатав рот страстным поцелуем.
Ну вот, вновь я в крепости оказалась. И от скуки чуть с ума не сходила. То нельзя, это не делай! Тут без тебя прислуга точно справится. А там вообще не место для женщин.
Вот в так называемое ТАМ я и направилась. Из сквозного проёма повалил дым, кто-то закашлялся и выругался. Размахивая здоровенной ручищей, вышел мускулистый мужчина, держащий каменный молот. Короткие волосы и борода покрылись сажей, пот стекал с кожи и задерживался на махровом полотенце, повязанном на бёдрах прикрывая то, что не положено видеть дамам. За ним злой до чёртиков выбежал Мэттью в белом колпаке и фартуке со скалкой за спиной.
— Какого ты чёрта припёрся мясо ко мне разделывать на кухню? — кажется, меня ещё не заметили, а тем временем скалка полетела в глыбу мышц.
— А кто график составлял? — развернулся неизвестный, поймав скалку. — Ты это, с кухонными приборами поосторожнее. А то Варвара прилетит с отпуска и такое устроит, что мама не горюй!
— Пока её нет, — скрипя зубами начал Мэттью. — Я на кухне хозяин!
— Апчхи! — громко чихнула я, раскрывая своё присутствие.
— Будь здорова! — дружно сказали они, как по команде.
— С-спа-сибо, — глаза заслезились от едкого дыма, который приобретал тёмный цвет. — Там что-то горит?
— Это ты во всём виноват, Ефим! — тыкая пальцем в широкую грудь, продолжал ворчать Мэттью.
Ефим тяжело вздохнул и направился обратно. Парнишка собирался преградить путь, но его ловко передвинули. Через минут десять, пока мы молча стояли, поступил свежий воздух. Мэттью напрягся и ринулся на «свою территорию». Я последовала за ним.
— Ефим! — заорал Мэттью, прикрывая обнажённую накачанную задницу.
По-видимому, пока мужчина открывал все окна и холодильник в придачу, полотенце успело развязаться. А так как Мэттью не предупредил, что заходит, то и поднять его шанса у Ефима не оказалось.
Я отвернулась от греха подальше, а то вдруг опять Дейсон появится по закону подлости и подумает невесть что. Влетит тогда, чую, всем без исключения.
— Ну, я пошёл, — голос Ефима прозвучал неуверенно и как-то смущённо. — Мясо, если что, в морозилке. На неделю должно хватить, небось.
