Лампочка на первом этаже в подъезде Алёны не горела, местные нередко спотыкались, ругались, но каждый вечер там стабильно наступал мрак. Однажды затемно я вошёл и понял, что не один.
- Кто здесь? - окликнул я строго.
Из темноты выступил Егор. Он заметно похудел, бледное лицо стало совсем неулыбчиво, светилось на фоне лестницы, как луна за лёгкими облаками. За спиной висело вожделенное Копьё.
- Долго вы собирались, блин, - едко заметил я. - Теперь будем вместе.
Егор глядел, словно привидение. Странный какой-то.
- Даня, иди домой.
- Да что вы пристали! - разозлился я. - Не уйду, это последнее слово.
- А зачем ты здесь? Левиафан не нападёт до лунного затмения. Через две ночи только.
Вот как! Столько сил - впустую. Ну ладно, зато морально готов. Отлично, скоро всё свершится.
- Погоди, - призадумался я. - А ты здесь зачем?
Егор смотрел тяжёлым взглядом и молчал.
- Так зачем? - не унимался я.
- Данила, просто иди домой.
- Сам иди! Отдай крест и иди! Что происходит?
Егор только молчал и смотрел, я ничего не понимал и бесился. Егор не лжёт, он вообще не умеет врать. Левиафан пока не нападёт. Тогда чего Егор припёрся, со мной поболтать? Не похоже, что я его сильно волную, скорее мешаю... Тут что-то неясное, и оттого страшное. Я должен знать, я - первый защитник Алёны!
Одно ясно - нельзя терять времени. Поймав момент, когда он отвлёкся, я бросился на Егора. Хотел отобрать крест и сбежать. Увы, такому малышу не совладать со взрослым парнем. Но я застал врасплох, мы упали, покатились по пыльному бетону, в сумраке возникла неразбериха. Конечно, в итоге ему удалось меня отбросить, сохранив крест при себе.
Но при потасовке что-то вывалилось из его кармана. Я нащупал и поднял - твёрдое и тяжёлое. Тусклый свет верхних этажей масляно бликовал на чёрном железе.
Самый настоящий пистолет. С глушителем.
- Даня, дай сюда!
Егор шагнул ближе, но я наставил на бывшего товарища дуло:
- Стоять!
- Даня, осторожно, это не шутки...
- Я не понял... Зачем пистолет? Им фантома не убьёшь. Им только человека... а кого тут... кого нужно...
Я запнулся, когда сложились пазлы.
- Егор, ты хочешь... - прошептал я, не веря. - Нет, ты бы никогда...
- Даня, это серьёзно! Знаешь, что нас ждёт, если левиафан родит? Эпидемия, пока фантомы не расползутся! Столько болезней - или один человек?
- Нет.
- Как ты не понимаешь: смерть левиафана ничего не решит, будут другие! Светильник - это опасно. Рано или поздно она принесёт страшную беду! И сколько стражей должны охранять одного человека?
- Нет.
- Это сейчас левиафан ждёт лунного затмения, но есть много других благоприятных моментов, все не перечислить! Даня, я сам сделаю всё, просто иди домой!
Он уже кричал. Но я ответил тихо:
- Нет. Не сделаешь.
Я выбежал из подъезда, унося подальше страшный трофей. Вещь, которую люди направляют друг на друга, пока левиафаны свободно ходят.
Позже я понял, что пистолет может быть не один, их куда проще добыть, чем крест, и вернулся с оружием, чтобы охранять Алёну... ото всех. Люди, фантомы - все хотят смерти самого милого человека.
Может, оттого в мире столько бед, что люди охотятся не на фантомов, а на светильников?
Два дня я не сомкнул глаз, следуя за Алёной всюду, ночью караулил у подъезда. Нельзя допустить к ней стражей. Как далеко я сумею зайти, если придётся выбирать между старыми друзьями и жизнью хорошего человека?
Одуревший от усталости, раз на лестнице даже пересёкся с Алёной.
- Я тебя помню, - сказала она, улыбаясь радужно, как солнце после летнего дождя. - Вы недавно сюда переехали, да? Что у тебя стряслось?
- Алёна, не ходи просто так, - бормотал я. - За тобой охотятся злые люди и страшный фантом, хотят убить...
- Ну, вы малыши даёте...
Она прошла мимо, такая же светлая, как всегда и потрепала меня по грязным волосам. Я не смог сдержать улыбки, окутало счастье, безмятежность, покой. Перед глазами поплыли лучшие моменты жизни: дни рождения, подарки, мамин смех, весёлое подмигивание Егора...
Очнувшись, я понял, что Алёна ушла. Нужно срочно найти, но за углом я наткнулся на соседей - настоящих, тех, где родители живут, и меня, разомлевшего, увели домой. Мать ласково поругивала, отмывая меня под горячим душем. Не было сил спорить. Меня окутало чистое свежее одеяло, а дальше темнота.
Когда проснулся, несколько минут не хотелось шевелиться. Июньское солнце вовсю светило за окном, а я нежился на мягком, не понимая, почему прежде не ценил чистоту и запах свежего постельного белья. Куда приятнее, чем мыкаться по пыльным лестницам и ледяным лавкам.
С кухни потянуло свежей выпечкой, желудок требовательно заурчал. Пришлось выбираться из уютной постели, и пока одевался, ясность ума вернулась.
Алёна! Затмение началось! Ночь упущена!
Сломя голову я бросился в прихожую. Где ботинки? Так, быстро натянуть куртку...
- Опять убегаешь? - опечалилась мама. - Подожди, возьми хоть в дорогу немного блинов. Десять минут.
Я понял, что не сумею так просто уйти, и дело не в одуряющем аромате блинов. Дело в маме, она в стареньком платье и первыми морщинками у глаз и сама сейчас чуть-чуть походила на светильник.
Я медленно подошёл.
