Всё погрузилось в туман, который закрыл весь обзор собой. Он стал настолько густой, что превратился в сплошную темноту. Открыв глаза, я сонно на автомате посмотрела время на телефоне, ещё не осознавая, что только что произошло. Было без пяти семь утра, вот-вот прозвенит будильник, а первые лучи солнца ещё даже не появились, от чего в комнате было ужасно темно. Затем я стала вспоминать сон, пытаясь понять его смысл. Так, значит, я видела всё глазами своего внутреннего демона, но было ли это взаправду или всё же плод моих фантазий? Если было по-настоящему, то обычный шарлатан не может видеть духов, значит мистике всё таки быть, и Кобальт ошибался. Но Асмодеев не отрицал причастность Маши, значит тот ошибался в небольшой степени. Так же Вадим намекает, что у него ещё есть посредники, и, судя по всему, это моя мама. Но ведь она проводит всё время на работе или дома, когда бы она успевала ему помогать? Это уже слишком, я начинаю подозревать всех подряд, скоро и до Андрея дойду. Хотя, если Машу проверить теперь невозможно, то маму вполне можно. Если я намекну как-нибудь при ней, что хочу встретиться с ним, то остаётся только проверить, правдивы ли мои опасения. Когда я закончила мысленно рассуждать, начал звонить будильник и в окно стали просачиваться первые лучи рассвета.
Началась беготня по дому: я наспех делала водные процедуры, мама вытаскивала содержимое из холодильника, а кот просто так носился по квартире. Когда вся это суматоха закончилась, мы сели завтракать за столом, а кот, разумеется, рядом с нами на полу из миски.
Это вполне подходящий момент для начала действий.
– Мам, я сегодня к Вадиму в квартиру схожу, примерно в 6 вечера, ты не против?
Да, с намёками и скрытностью у меня явные проблемы, почему этому не обучают в школе? Хотя, с другой стороны, если она не знает, о ком я, то воспримет его как потенциального предмета моего воздыхания, а если знает, то будет только рада, что я решила избавиться от своего демона. Не смотря на все предположения, она сделала возмущённое и удивлённое лицо.
– Как мне известно, в твоём классе нет никакого Вадима, в 11-м классе их двое, а в 9-х трое. Двое из них встречаются, третий гей, а у остальные двое живут в частных домах. Младшие классы я рассматривать даже не собираюсь. Вопрос: к кому на самом деле ты идёшь?
Быстро протараторив, словно скороговорку, она вопросительно посмотрела на меня, тем самым введя в ступор. Такой дедукции мог бы позавидовать даже сам Шерлок Холмс. Может я зря всё это затеяла, может этот просто плод моих фантазий? Но ведь это будет даже к лучшему, развею лишние опасения. Но раз уж я заговорила об этом, то стоит идти до конца.
– Нет, он уже давно не школьник, – хоть в этом месте я говорю правду, – это один из подозреваемых, вместе со следователем мне нужно его допросить.
– Без тебя он никак не справиться?
– Просто я должна подтвердить его личность.
– Хорошо, только пускай он позвонит мне и подтвердит твои слова.
Дело затрудняется, хотя, с другой стороны, лишняя защита не помешает, придётся и в правду попросить следователя пойти со мной. Осталось только его найти. Всё таки не надо было устраивать эту проверку, ничего хорошего из неё не выйдет, наведу только лишнее подозрение. Но хватит думать, пора идти в школу, при этом не забыть взять с собой зонтик, а то дождь накрапывает за окном. Надеюсь, он не продлится до вечера, иначе мама меня не пустит.
Вот я уже оказалась у порога тёплого помещения, который согрелся благодаря начавшемуся с сегодняшнего дня отопительному сезону. Хоть школа ещё прогрелась не полностью, разница всё равно чувствовалась. И вот, не успела я зайти, как ко мне подошёл следователь Либерман. Обменявшись приветствием из приличия, он перешёл ближе к делу.
– Я проверил документацию той сгоревшей квартиры, которую вы показали, и выяснил, что никакому Асмодееву она не принадлежит. Владельцем квартиры вообще являются Александр Сергеевич.
– Может он сдавал её в аренду?
– Я тоже так подумал. Но на данный момент с ним связаться нельзя, он уже с 12 числа считается пропавшим. Позже я созвонился с его родственниками, они утверждают, что он никому её не сдавал. Но это не самое главное, ведь после пожара никаких тел в квартире не нашли.
Я на секунду обрадовалась, ведь это могло значить, что Маша могла выжить, сбежав от туда позже меня.
– Значит, она могла убежать от туда.
– Тогда зачем скрывается?
– Может быть от него.
– А на какие деньги живёт?
– Значит он всё таки он оглушил её и вынес, затерявшись в толпе?
– И никто не заметил, как мужик тащит полную девушку, все были слепыми, раз до сих пор не нашлось ни одного свидетеля. Даже соседи напротив ничего подозрительного не заметили, утверждая, что в квартире была полная тишина. А может быть Марии там вовсе не было?
– Вы думаете, что я снова навела на ложный след?
– Не знаю, но пока что всё указывает на это. Владельца квартиры нет, опровергнуть не кому, удобно.
