Пройдя несколько коридоров и поднявшись на второй этаж, я всё таки нашла его за игрой в телефон, будто ничего такого не произошло. Я еле сдерживала слезы от обиды, но всё же взяла себе в руки и громко закашляла, стараясь отвлечь его от игры. Он оторвал глаза от экрана, мельком посмотрел на меня и резко встав, быстро пошёл прочь от меня, даже не оглянувшись. Внутри стало так больно и пусто, когда я стала смотреть ему в след. Мы ведь когда-то были лучшими друзьями, а теперь мы враги, избегающие друг друга. К горлу подступил ком, маленькая слезинка пробежалась по моей щеке, оставив длинный блестящий след. Подавляя в себе плач, похожий на жалобное поскуливание щенка, я всё же решила выяснить мучавший меня вопрос, задав ему громким дрожащими голосом:
– Я понимаю, что ты меня теперь избегаешь, но зачем ты навёл на меня след своему дяде?
Андрей остановил свой ритмичный шаг, и повернулся ко мне лицом. Мой жалкий вид заставил его лицо стать немного мягче, но подойти ко мне он всё таки не решался.
– Я конечно не ангел, но стукачом никогда не был.
– Тогда кто это сделал?
– Не знаю, может Ведьмак какой-нибудь, который хочет получить за тебя награду.
И с этими словами, смысл которых понятен только геймеру, Андрей развернулся и пошёл дальше с прежним быстрым темпом.
Отлично, во мне живёт сущность, меня обучает химический элемент, подруга продала меня колдуну и на меня стучит Ведьмак. Не удивлюсь, если завтра оборотень укусит.
С этими мыслями я тоже развернулась и пошла прочь в противоположенную сторону. Сев на тот же стульчик, на котором сидел несколько минут назад Андрей, я достала с рюкзака тетрадь-черновик.
– Прости меня, бумажечка, но мне придёт тебя порвать, чтобы спасти школу.
Я чувствовала, как начала постепенно превращаться. Делать спортивные упражнения в школьной форме было не удобно, поэтому я выбрала уничтожение. Пошмыгивая от обиды, я оторвала лист и стала с наслаждением его рвать на мелкие кусочки, после чего бросала в рядом стоящее мусорное ведро. И так я проделала с пятью листами бумаги.
– Это не он, – сказал Кобальт, когда я ему всё рассказала до этого момента.
– Почему вы в этом уверены?
– Он рассказал своему дяде ещё до начало первого урока, после чего тот ждал, когда пройдут несколько уроков и только потом решил допросить.
– Может он разговаривал с другими учителями?
– Сомнительное утверждение. Будь я на его месте, я бы не стал откладывать этот вопрос в долгий ящик. Видимо ему доложили после разговора со своим племянником.
Когда мне надоело превращать тетрадь в мелкий снег, попутно вытирая слезы и проверяя, не потемнели ли ещё мои розовые наручные часы, я почувствовала, что успокоилась, и из последнего листа решила сделать самолётик, чтобы символично отправить свои проблемы в долгий полёт. С удовольствием оторвав бумагу, я стала складывать задуманную конструкцию, выравнивая складки, будто те были моими искорёженными от напряжения нервами. Доделав всё до конца, я максимально расслабилась и отпустила мои символичные проблемы лететь прочь от меня, так как ничего другого сделать не могла, кроме надеяться, что избавлюсь от них сама. Но тут неожиданно самолётик поймал Андрей. Он покрутил его в руках, а затем сел рядом со мной. Некоторое время мы просто неловко молчали, поглядывая в разные стороны. Я не хотела говорить первой, так как не знала, зачем он вернулся, а спросить напрямую боялась, хотя до этого храбрости хватало. Не выдержав затянувшейся паузы, Андрей её нарушил:
– На самом деле, я не для этого разговаривал с дядей. Просто я понимал, что это странное преображение и пропажа Маши как-то связаны между собой. Поэтому я решил уточнить, что он здесь делает, а затем попросил быть с тобой аккуратнее. В любом случае я бы не стал до тебя доносить, даже если бы мы крупно поссорились. Я до сих пор не понимаю, что с тобой происходит, так как сталкивался с таким только в играх, но я могу помочь тебе, если тебе это будет нужно.
И с этими словами он пустил самолётик в полёт.
Впервые за всё это время я почувствовала радость, которая согревала изнутри. Я была ему настолько благодарна, что не могла выразить в словах. Лучезарно улыбнувшись, я обняла его так неожиданно, что он даже по инерции откинулся в бок, а затем пришёл в себя, и обнял меня в ответ. Теперь я точно знаю, что сейчас не представляю для него никакой опасности. Повернув голову в бок, я посмотрела в окно. Там было моё отражение, но не обычной девушки, а то жуткое, с чёрными глазами. Оно недовольно смотрело на меня, даже ненавистно, когда переводила взгляд на Андрея, а потом развернулась и ушла. Заморгав глазами, я снова увидела отражение, только уже самой себя, обычной школьницы.
– Победа, – радостно прошептала я.
– Что? – недоумевающе переспросил он.
– Победу я вчера одержала в танковом бою, – пыталась сымпровизировать я, чтобы хоть как-то выкрутиться из ситуации.
Затем мне пришлось придумывать на ходу последовательность истории, пытаясь сделать её более захватывающей. Затем он сам начал рассказывать о своих успехах. Как же я соскучилась по таким разговорам.
