У Саида помимо двух супругов был свой гарем, кроме того, в его дворце жил его наследник Мансур с гаремом и супругом, поэтому готовые украшения были по счету, и было заранее расписано, кому, когда и что будет подарено. Зато у Саида были самые богатые золотые прииски на планете, и омеги не чувствовали себя обделенными украшениями и прочими радостями. В сокровищнице высились пирамиды золотых слитков, сундуки со старинными украшениями, которые достались в наследство от прежнего эмира. Стоял там и небольшой сундук с драгоценными камнями, предназначавшимися для Торговой Федерации, и еще две шкатулки с готовыми украшениями для гаремов и супругов, которые дожидались своего часа.
Но сокровищница Джабаля затмила их всех. Громадная комната, как пещера настоящего дракона из сказок, была заставлена сундуками, пирамиды золотых слитков высились в разных частях сокровищницы до самого потолка. Айдан от растерянности охнул, и, прищурившись, попытался разглядеть дальнюю стену сокровищницы, терявшуюся в темноте, которую не смогли рассеять два факела. Только золотые слитки поблескивали вдали. Джабаль с ключником установили факелы в подставку и зажгли еще два. Но все равно их дрожащий свет падал на крышки сундуков и пирамиды золотых слитков, отражаясь и множась. И толком рассмотреть всю комнату не получалось.
Айдан так засмотрелся вдаль, что споткнулся о громадный сундук, стоящий у самых дверей. Размеры сундуков в гареме считали от единого размера сундука под одежду, который стоял в изножье кровати каждого омеги. В «половинках» носили золото и драгоценные камни. Две ручки по бокам позволяли альфам без проблем переносить такие грузы. «Осьмушками» считались большие шкатулки для драгоценностей самых удачливых омег - супругов и фаворитов. Но вот этот сундучище можно было спокойно считать тройным. У него даже ручек по бокам не было, ибо такого монстра полным поднять было бы нереально.
Джабаль увидел удивленное выражение у омег и поднял крышку сундука. Там лежали четыре больших мешка - синий, красный, зеленый и белый. Айдан развязал синий и увидел в нем неограненные сапфиры. Они были подготовлены под огранку, но не обработаны. Айдан хмыкнул. Он знал, что Торговая Федерация с большим удовольствием покупает именно такие камни. И пусть при обработке камень терял в весе, но мода на огранку у ювелиров менялась порой так стремительно, что торговцы предпочитали переплачивать за неподготовленный камень, чем нести убытки от того, что камни огранены не по моде.
- На продажу, - коротко пояснил альфа. - Там для себя, - махнул головой вдаль сокровищницы альфа.
- А в чем разница? - удивился Айдан.
- Чистота, красота, микродефекты, - пожал плечами эмир. - Не выкидывать же? Лучше продать, - и, махнув рукой в сторону дальних сундуков, добавил. - Лучшее оставляю себе. Пусть лежат.
- У тебя такая богатая гора? - удивился Айдан.
- Да, - от гордости альфа прямо засиял, как начищенный медный чайник. Но, подумав, добавил. - А еще военные трофеи. От прежнего эмира второго ад Шура и от отца Такбира.
- О! - Айдан вспомнил рассказ Аббаса о победах альфы. - А Такбир, случайно, не такой щупленький альфа с мордочкой, как у хорька? - поинтересовался омега и, увидев, как альфа согласно кивнул, сразу добавил. - Сегодня утром этот самый Такбир усомнился в твоей храбрости. Он решил, что ты отказываешься воевать.
У Джабаля раздулись ноздри, и он насупился, как ребенок в песочнице, у которого пытаются отобрать ведерко.
- Я его предупредил, что ты захочешь обсудить с ним его неумное замечание, - подлил масла в огонь Айдан, но увидев, как сузились глаза у альфы, сразу сдал назад. - Но кто я такой, чтобы лезть в ваши альфьи игры? - пожал плечами селафь, и тяжко вздохнул. - Я всего лишь слабый омега, который чуть не умер от жары в паланкине, едва покинул пределы города. Я до сих пор не могу прийти в себя от того пекла!
- Подарок, - напомнил сам себе альфа и показал рукой на стеллажи вдоль стены. - Выбирай!
Айдан повернул голову и растерянно замер. На стеллажах были навалены ювелирные украшения. Там было все! Тиары, диадемы, колье, всевозможные браслеты и перстни. Все это сочеталось по цвету камней и огранке. И хотя у самого Айдана ларец с драгоценностями давно уже был не осьмушкой и даже не половинкой, а полноценным сундуком, но все равно от такой красоты глаза разбежались, а дыхание перехватило. Прежде чем выбрать, стоило внимательно присмотреться!
Джабаль коварно ухмыльнулся, увидев ожидаемую реакцию Айдана, а потом с нежностью посмотрел на супруга, который растерянно переводил взгляд с селафь на крупного альфу. Серенити хотел понять, о чем говорят эти двое, но Айдану сейчас явно было не до объяснений, а альфа говорил слишком скупо, чтобы вытягивать из него ответы.
- Что бы ты хотел? - Джабаль неслышно подошел ближе, пытаясь не напугать любимого. Он осторожно протянул руку и, подхватив локон омеги, который струился по плечу, нежно поцеловал, как самую важную драгоценность своей сокровищницы.