Серенити сжался сильнее и засопел, как недовольный ежик. Айдан сел рядом и погладил растерянного ежика по волосам и спинке. Омежка еще раз тяжело вздохнул и прижался к старшему омеге.
- Ну, что ты грустишь, мой хороший? Не куксись, это все течка виновата, вот пройдет еще день, два, она закончится, и ты сразу поймешь, что все не так плохо, как ты себе напридумывал. А сейчас пойдем лучше поедим, а то я что-то опять проголодался. Ты завтракал? - увидев, как омежка помотал головой, вздохнул. - Это ты от голода такой печальный, вот мы сейчас отведаем вкусного да сладкого, и все сразу станет хорошо. Пойдем, а то я от голода в обморок упаду. Вот все испугаются!
В гостиной на подушках сидел Джабаль. Серенити хотел было спрятаться за спиной селафь, но, поняв, что ничего не получится, тяжело вздохнул и сел как можно дальше от альфы. Айдан, уютно устроившись между ними, завел разговор о том, с каким трудом подбирал украшения к этому платью. А потом он еще долго весело щебетал, как птичка, рассказывая о своих драгоценностях, которые остались дома. Слуги принесли подносы с едой. Айдан смаковал каждое блюдо, с недовольством наблюдая, как Серенити с отсутствующим видом возит ложкой по тарелке. Вскоре омежке надоело, и он, отодвинув поднос, улегся, положив голову селафь на колени.
- Надо потерпеть еще пару дней, и все образуется, - сказал Айдан перебирая пряди правнука тонкими пальцами. Его слова относились в равной мере как к альфе, так и к омеге. Джабаль тяжело вздохнул, ему, похоже, тоже кусок в горло не лез.
- Не хочешь выбрать себе украшение под настроение, пока я буду калым собирать? - Джабаль тоже отодвинул поднос с едва тронутой едой.
- Калым? - насторожился Серенити.
- Да, - Айдан улыбнулся, как сытая кошка. - Джабаль повезет калым и подарки твоей семье, ты ведь супруг.
- Вы пойдете в сокровищницу? - глаза у омежки загорелись. - А можно я пойду с вами? Я никогда не видел сокровищницу! Оми все время говорил, что я еще маленький. Но ведь теперь я супруг? Значит, тоже могу войти в сокровищницу?
- Конечно, - глаза Джабаля обласкали юного супруга мягким светом. Он был рад, только непонятно чему: то ли тому, что Серенити признал его супругом, то ли тому, что он проявил хоть какой-то интерес.
Дверь в сокровищницу мало чем отличалась от остальных дверей в лабиринте питомника и вначале не произвела на Серенити никакого впечатления. Но только до тех пор, пока ключник и еще один мужчина с мелкими чертами лица с трудом не открыли тяжелую и обитую изнутри металлом дверь. Юный омега удивился, когда эмир взял в руки факел. Селафь пояснил, что дворцы были построены задолго до появления на планете электричества. А так как ни один эмир ни при каких обстоятельствах не пустит постороннего в сокровищницу, то в нее надо заходить с факелами, как и раньше.
Серенити, открыв рот, смотрел на горящие факелы в руках эмира и ключника. Он считал, что с факелами можно ходить только в пустыне. А вот для Айдана факелы были привычны. Электричество пришло в эмираты вместе с любимым зятем Ясмином*, и скорее оно вызывало у него большее удивление, чем привычные факелы и масляные светильники.
Но сама сокровищница поразила Айдана своими размерами и содержимым.
Он бывал раньше в сокровищнице мужа, которая потом перешла к сыну. Это была небольшая комната, где хранилось золото для текущих расчетов с торговцами, пара сундуков с драгоценными камнями, предназначавшимися для Торговой Федерации. А еще сундучки с фамильными драгоценностями, которые надевались по особым случаям, например, на свадьбу. И, конечно, здесь держали украшения для гарема, из которых эмир выбирал подарки для своих омег на рождение ребенка или на праздник. Но с тех пор, как Айюб распустил свой гарем, его супруги, особенно Амин, считали сокровищницу местом хранения «своих» украшений. Хотя Хани радовался горсти семян намного больше, чем любому браслету.
То же было и с сокровищницей Салаха. У него был большой и современный город, несколько оазисов, сады и большое аграрное хозяйство, которое приносило стабильный доход в казну, помимо денег, поступавших за фармацевтические и технологические разработки. У Салаха годовой доход был больше, чем у отца и брата, вместе взятых, но он в основном держал деньги в банках Федерации. Так что сокровищница была, скорее, большой комнатой с сейфами, в которых хранились украшения Ясмина и папки с документами. А вот рудники у него были почти выработанные. Там в основном добывали полудрагоценные камни, которые разбирали ремесленники для поделок. Камни на украшения для супруга Салах, как правило, покупал у других эмиров, выискивая что-нибудь оригинальное, чтобы поразить Ясмина. Сам омега с благодарностью принимал все, что дарил муж, но порой от ветхой книги мог прийти в больший восторг, чем от изысканного гарнитура.