- Все слышно… - Абаль покраснел и сжался в комочек. - А как же… я не знаю… я не могу так… Как можно раздеться и лечь в кровать, когда рядом ходят посторонние?
- Но ты же будешь не один, а со мной, - не понял альфа. - Ты, что считаешь, что я не смогу защитить тебя?
- Нет, я не об этом, - Серенити смутился. - Просто, как можно спать, когда вот… все слышно, а они там ходят…
- Хорошо, идем, - Джабаль снял покрывало с кровати и отправился обратно в гостиную. Он шикнул на Захи, который собирался спать у входа в спальню господина, и, раскидав подушки, улегся на ковре. В конце концов, спать на песке было для него привычно, в походе не всегда было время и желание ставить шатер. Спать рядом с побратимами было спокойно. Абаль с интересом наблюдал за мужем, не понимая, куда его позвали.
- Ложись рядом со мной. Смотри, мы лежим в середине шатра, и никто ничего не услышит. Иди ко мне.
Джабаль протянул руку, и омега почти без колебаний приблизился. Так действительно было не страшно и не стыдно. Они с мужем будут спать одетыми посередине громадного шатра. И селафь рядом, и люди, ходившие вокруг шатра, не так слышны. Серенити довольно вздохнул и, подозвав Захи, стал стремительно снимать с себя все драгоценности и выдергивать из волос шпильки и заколки. Вскоре тряхнув свободной гривой, он забрался под бок к мужу. Джабаль укрыл его сверху покрывалом и с интересом прислушивался, как омега пытается устроиться на непривычно жестком для него ложе. Вскоре Серенити свернулся в калачик и, положив голову ему на плечо, спокойно заснул.
В проеме двери появился силуэт Айдана. Омега приподнял край тяжелого шелкового занавеса, отделяющего его спальню от гостиной, и внимательно посмотрел на спящего на плече альфы правнука. Заметив, что эмир наблюдает за ним, селафь коротко поклонился и отпустил завесу, отделяя себя от пары.
* Хафиз Ширази (1325 – 1389) – суфийский шейх и знаменитый персидский поэт
Ясмину не спалось. Посторонние звуки и запахи, а особенно знание того, что где-то рядом его маленький омежка спит в объятиях громадного альфы, который по возрасту старше его родного отца, не давали ему покоя и лишала сна. Ясмин промучился большую часть ночи в каком-то дрожащем мареве полусна, а когда муэдзины стали с минаретов кричать Аль-Фаджр, призывая правоверных к первому намазу, сел в кровати и понял, что уже не уснет. Салах, полностью одетый, собирался выйти, чтобы присоединиться к общей молитве перед непростым днем.
- Что тебя тревожит, любовь моя? - Салах подошел и погладил супруга по щеке.
- Ничего, о чем стоило бы переживать, - Ясмин на минуту прижался к руке мужа, наслаждаясь покоем. - Занимайся своими делами, я проведаю жада. Соскучился по его мудрости, а вчера поговорить так и не получилось.
Салах кивнул и, поцеловав супруга в макушку, отправился на молитву. Ясмин быстро оделся и заплел простую косу, радуясь, что под шейлой никто не заметит отсутствие вычурной прически. Медвежонок сладко посапывал. Он сегодня спал в одной кровати с родителями и был этому очень доволен. Омега, застегивая последние пуговички абая, кликнул слугу, который уже десять лет заменял Азиза. Ясмин улыбнулся, вспоминая своего верного помощника, он называл его своим пресс-секретарем, но в интерпретации Сабаха это звучало скорее, как омежий визирь.
Слуга сел на подушки возле кровати со спящим ребенком, а омега вышел из палатки. На улице было по утреннему прохладно. Муллы нараспев читали молитву, и все свободные от службы альфы и беты совершали намаз. Омега кивнул своей охране и тихо скользнул в сторону большого шатра. Охрана на входе попыталась что-то мяукнуть, но стоило омеге блеснуть глазами и сдвинуть недовольно брови, как могучие альфы отступили в сторону и не посмели задерживать оми супруга повелителя.
Причина такого поведения альф на входе стала понятна, стоило Ясмину переступить порог шатра. Среди разбросанных подушек словно в центре странного цветка спал омега, привольно разметавшись во сне. Полог сбоку приоткрылся, и жада жестом пригласил Ясмина в свою комнату.
- Почему он спит на полу? - Ясмин вцепился в рукав жада. - Джабаль выгнал его из спальни? Он обижает его?
- Успокойся, - Айдан улыбнулся, показав ямочки на щеках. - Скорее твой сын выгнал мужа из спальни, но потом все же решил спать с ним. Как я понял, Абаля смутили тонкие стены, и он искал место более уединенное, чем шелковый шатер, - омега розовыми от старости глазами* спокойно смотрел на тревожно поднятые брови зятя. - Не волнуйся, Джабаль обожает своего супруга, и готов на все, лишь бы тот был счастлив. Посмотри вокруг, это все ради него. Надо ли тебе большего доказательства любви и заботы со стороны Джабаля?
- А что Серенити? - Ясмин сел на кровать к мудрому омеге. - Он принял мужа? Вчерашняя его песня оставила тревожный след на моей душе, и позже он был такой растерянный. Ты уверен, что у них все хорошо и мне не надо вмешаться?