Про рудокопа уж два годаНесется слух во всей стране:Не знать работникам заводаТакой удачи и во сне.Руду он словно вызываетИз скал ударом молотка,И хоть неопытен, а знаетОн гору лучше старика.Вернее всякого расчетаСлывет у всех его совет,И в руднике нейдет работаВ то время, как его там нет.Живет теперь он при заводеНе бурщиком уже простым;Но всё, как будто бы в невзгоде,Душевной немочью томим.Женился он, тому давно ли?Жена прекрасна, молода;Но, видно, с ним счастливой долиЕй не дождаться никогда.К окну лицом склонившись белым,Всю ночь глядит и ждет она;А муж, что крот, по суткам целымЖивет в земле, не зная сна.Про него уже толкуетДавно вполголоса народ,Что он сквозь камень злато чуетИ жил выщупывает ход.И говорить о том не смели,Но в копи видели не разПред ним, во мраке темной щели,Внезапный блеск двух волчьих глаз.«С ним вечером об эту пору, –В заводе сказывал старик, –Тому два дня, пошел я в гору;Был тих, как гроб, пустой рудник.Шли оба молча мы чрез шлаки,Он часто вкруг себя глядел,Как бы неведомые знакиНа камне отыскать хотел;И дрогнул вдруг, и с диким взглядомПовел рукою по скале;И мне сдалось, что с нами рядомТут кто-то двигался во мгле».<p>3</p>Дни проходили.Раз в пучинеРаботники, столпясь с утра,В углу шептали: «В копи нынеОн не был, не был и вчера.Он у окна своей светелкиСидел весь день. Что сталось с ним?»Вопросы средь толпы и толкиНосились говором глухим.Но в переходе зашумело, –Идет: все стихли голоса;И за привычное он дело,Как прежде, молча принялся.Но шел в забвении глубоком,Глядел на камень он седойБессмысленным, недвижным оком,Как на предмет ему чужой.И вдруг, в порыве тяжкой скуки,Сердито он отбросил лом,Сел на земь и, скрестивши руки,Поник задумчивым челом.Остановилася работа;В него вперяя взор немой,Стояли все кругом, – а что-тоВорчало глухо за скалой.<p>4</p>
