Единственное, что пока поддерживало уверенность Анвара — это желание отвлечься от всего вышеперечисленного и отдохнуть. Почему бы и не так… еще бы знать, куда подевался этот седой безумец.
***
Оба молодых Всадника, довольные проделанной работой, уселись за накрытый стол. Помимо них там сидели — сам староста, два его сына, брат и двое особо пострадавших. Женщины в племени садиться за один стол с мужчинами права не имели, и тихими, незаметными тенями сновали за спинами, заботясь, чтобы у мужчин были полными чаши и тарелки.
Оживленный разговор прервался резко.
Улыбавшийся до того и стрелявший по сторонам взглядом лукавых глаз Ашту, напрягшись, схватил за руку одну из женщин. Молодую, или скорее юную, черноволосую девицу с синяком на пол лица.
— Что это у тебя, малышка? — игриво прошептал он, проведя пальцем по синей щеке, и заодно убрав невесомую прядь, которой та, похоже, пыталась прикрыть украшение.
Мужчины напряглись, явно не одобряя вольности Всадника, но пока молчали. Анвар злорадно следил за их хмурыми лицами, но тоже молчал. В отличие от чужаков, он слышал в шепоте не только ласковые нотки. Отлично спрятанная ненависть едва обозначалась, но Анвар успел хорошо изучить этого адруга.
— Ашт Всадник, вы бы девку-то не трогали, ей муженек такое не попустит, — тихо, но твердо попросил старший не сдержавшись.
Одна из женщин, как две капли воды похожая на схваченную, смотрела на адруга с едва скрываемым напряжением.
— Муженек? — хмыкнул Ашту, отпуская руку жертвы. — А где он?
— Так на промысле, к вечеру вернется, — проводив девицу взглядом, уже довольнее проговорил старший.
— Это хорошо, — расплылся адруг в хищной улыбке и перевел тему.
Анвар подозрительно смерил его взглядом, но вновь промолчал. Не его дело.
Из дома старшего вышли ближе к вечеру. Просьбу поторопиться Ашту проигнорировал с надменной ухмылкой, а когда Анвар хотел возмутиться, и вовсе отвернулся, выбрав себе в собеседники вышедших незаметно девиц, побитую и ту, что на нее похожа.
— Не уходи, малышка, я еще не поговорил с тобой, — улыбаясь остановил их адруг.
— Не нужно, ашт Всадник, — прикрыла старшая плечом испуганно сжавшуюся девушку.
— Почему? — склонив голову набок, спросил Ашту, состроив бровки домиком.
— Вы же видите ее. Муж у ней ревнивый очень. Узнает, беда будет.
— А что же, защитить некому? — сузив глаза, все так же насмешливо поинтересовался Ашту, только Анвар, стоявший чуть в стороне, уловил в его голосе тихую ярость.
— Некому, ашт, — совсем без страха ответила старшая. — Какая из меня помощь.
— А отец? Братья?
— Братьев у нас нет. Отец на полудне службу несет. Как приезжает, Шаек мягонький становится, по нитке ходит, а стоит обратно уехать изнова за свое берется, — печально ответила женщина и тут озабоченно охнула. За спиной Ашту послышался злой, полный презрения голос.
— Айса? Тварь, какого ты здесь шляешься?
Младшая испуганно дернулась и, опустив взгляд в землю, посеменила к своему господину, не замечая, как закаменел лицом Всадник. Сестра ее снова только охнуть смогла, глядя на изменения в веселом адруге.
Дойти до мужа девушка не успела. Словно по заклинанию всемогущего сказочного мага, между ними выросла седая фигура.
— Ты что за тварь? — насупившись пробасил здоровяк, краснея лицом.
Ашту улыбнулся, хищно и холодно, опалив мужика льдом взгляда, и почти незаметно схватил его за руку, провернув вокруг нее его же тело. Рванул вверх, послушав легкий, едва различимый хруст, перекрывшийся болезненным воплем.
— Неправильно, — прошептал он на ухо скулящему мужику. — А правильно так: что вам будет угодно, ашт Всадник.
— Прос-стите, ашт Всадник. Я не знал, не разобрал, — заскулил мужик.
Отмершая девица всхлипнула, повиснув на плече Ашту и запричитала:
— Не надо, пожалуйста! Он же мой муж.
Она просилаа, не замечая, как от ее слов Всадника корежит еще сильнее. Как наливаются ненавистью холодные глаза. Как сжимаются зубы, заставляя желваки на щеках выпирать ощутимыми тяжами.
— Анвар, убери ее, — едва слышно бросил он, борясь с срывающимся на шипение голосом.
Анвар пожал плечом и в одно движение оторвал девчонку от плеча друга. Оттянул не сопротивляющуюся жертву в сторону и перепоручил застывшей статуей сестре.
— Пригляди. А лучше уведи отсюда, — безразлично бросил он, но подумав добавил, — к себе веди. Навряд ли ее муж домой вернется.
Женщина кивнула, бросив на застывшую парочку испуганный взгляд, и, осторожно обхватив сестру рукой, увлекла ту в дом. Из него любопытно высовывались мужские лица, но в конфликт вступать никто из их обладателей не спешил.
— Скажи мне, сын скрыга и крока, почему ты не пытаешься ответить мне на боль? — между тем шипел на ухо мужику Ашту, все сильнее заламывая его руку вверх.
— Вы Всадник. Мне нельзя! — сквозь слезы пищал мужик.
— Тебя только это останавливает? — почти касаясь уха, зло процедил Ашту и резко отшвырнул мужика от себя. — Бери оружие. Я хочу, чтобы ты показал мне свою силу. Или ты считаешь девчонку более достойной твоих умений? — насмешливо спросил он. И замерев поманил мужика пальцами обеих рук. Вооружиться он даже не подумал.
