— Не волнуйся, — голос императора становился все тише, Сауле даже пришлось подойти на полшажка, чтобы точно ничего не упустить. — Не за что, а почему. В замке становится небезопасно. Я слаб… еще немного, и я не смогу защитить тебя и твоего сына. Поэтому, бери его, необходимое и убегай. Анвар ведь оставил тебе охрану?
— Да, двоих гнолов, — немного испуганно ответила Сауле.
Ее мысли метались в панике, уже пытаясь сообразить, что именно является необходимым и как лучше всего покинуть замок, тихо и незаметно или наоборот, с отрядом.
— Гнолы, даже не знаю хорошо это или плохо. Слишком они приметны, зато и защита лучшая, особенно для женщины и дитя. Гнолы не предают, — задумчиво прошелестел Темный и замолчал.
Сауле переминалась с ноги на ногу, не понимая окончена аудиенция и можно уже идти или это своеобразная пауза в разговоре. Но Темный не дал ей много времени на выводы, вскинул голову и вгляделся в лицо, опалив какой-то странной силой.
— Значит так, слушай внимательно! Сейчас без промедления к себе, собираешься и, пока гнолы будут грузиться, идешь ко мне. Идешь вместе с Кахиром. Поняла?
— Да, Великий, — кивнула Сауле, на самом деле ничего не понимая.
— Хорошо, иди.
Сауле вышла из кабинета и не задерживаясь отправилась к себе. Ни слова, ни уж тем более состояние Темного ей не нравились. Болезнь Императора отразилась на ней с сыном в первую очередь. Стоило уехать Анвару и генералы, все что были в замке, стали поглядывать на нее как-то задумчиво, оценивающе. Провожали взглядами, замолкая стоило ей появиться в поле зрения, а после того как она скрывалась, начинались шепотки. Мелкие твари вели себя еще заметнее, так и норовя сделать какую-нибудь гадость, но осторожно, будто нечаянно. Вот и сейчас, она прошла всего половину коридора, а скрыг уже трижды попался ей под ногу, так, что она чуть не упала споткнувшись. А ведь впереди лестница, если эта тварь не отстанет, Сауле вполне может очнуться в самом низу ее… или не очнуться вовсе.
В комнату Сауле влетела словно вихрь, встрепанная и раскрасневшаяся от досады, страха и бега. Внизу лестницы ей встретился Несущий страх и полностью оправдал свое имя. Преградил путь и, легко улыбаясь, завел разговор об Анваре. Причем явный намек был в том, что Несущий смерть далеко и не факт, что вернется. Пока говорил, Тограс пододвигался все ближе, а в конце вообще позволил себе осторожно прикоснуться к ее плечу.
Еще хуже, что за всем этим наблюдал Несущий боль. Он притаился за углом, во тьме, и рассмотреть его Сауле смогла лишь оттого, что в тот момент готова была принять помощь от кого угодно. Но на помощь Несущий боль не спешил, наоборот, понимая, что раскрыт отступил глубже в тень.
К счастью, на более смелые шаги Несущий страх не пошел, позволив отшатнувшейся девушке убежать, но Сауле еще долго ощущала его взгляд на спине.
Гнолы сидели на полу, сложив ноги забавным бантиком, и высунув языки старательно что-то выводили на бумаге. Кахир с очень серьезным видом ходил вокруг них, сжимая в руке папин хлыст, постоянно хранившийся в комнате. Заметив мать, мальчик взвизгнул и, выронив свое грозное оружие, бросился обниматься. Гнолы довольно заворчали, поднимаясь и встряхиваясь. Похоже, долго сидеть пришлось.
— Кахир, собери, пожалуйста, все, что может понадобиться в дороге. Нам нужно ненадолго уехать, — вдоволь натискав сына, попросила Сауле.
— К папе? — просиял сын, выказав надежду.
— Нет, не к папе, — улыбнулась Сауле, судорожно соображая, как объяснить ему внезапное путешествие.
Но Кахир, получив такой ответ, расстроено опустил голову, потеряв интерес к мероприятию. Молча кивнул и поплелся в спальню, искать самое необходимое.
Сауле, глубоко вздохнув, проводила сына взглядом и отправилась собирать на самом деле нужные вещи.
Гнолы переглядывались и, навострив уши, прислушивались к происходящему, но сами влезать не смели, аккуратно пристроившись у окна.
Зашевелились они, лишь получив распоряжение Сауле вынести вещи и седлать лошадей. Поворчали недовольно, понимая, что идти вместе с ними женщина не собирается, но послушались.
Сауле же, взяв сына, окинула комнату взглядом в последний раз, мимолетом задержав его на все еще лежащей на полу бумаге. Оба рисунка были почти идентичны: в центре, между двумя волосатыми комками на кривых лапках, стояла маленькая фигура, взяв эти комочки за руки, справа стояла черная, мрачная фигура, видимо изображавшая Несущего смерть, а слева светлая, с торчащими во все стороны желтыми палками — волосами. Весело улыбнувшись, Сауле вышла вон, заперев комнату, и, уверенно подняв голову, повела сына на прием к Императору. Пока им нечего бояться!
Темный, похоже, за время ее отсутствия даже не шевелился, но стоило людям войти встрепенулся, довольно прошептав:
— Хорошо! Поднимись ко мне.
Сауле совсем неприлично открыла рот, еще никто не поднимался на этот пьедестал. Даже невысокий Абар тянул документы снизу, не позволяя себе такого. Но медлить не стала, отпустила руку сына и осторожно ступила наверх, подходя ближе к столу. На нем ровно в ряд лежало четыре медальона.
