Исмаил рассказал. А потом Влад начал задавать ему вопросы, как привык делать это во время допросов в суде. И через час если не видел полной картины, то знал достаточно, чтобы начать постепенно рисовать ее.
16. Ребро Адама.
Лампочка сигнализации горит, увидел Влад, подъехав к дому. Хорошо, подумал, Марьям не пренебрегает безопасностью. И набрал ее номер.
— Привет. Посмотри в окно, увидишь там меня, — сказал он. — И, когда убедишься, что это таки я, и что я рядом, снимай с охраны! Я хочу домой! — Впервые он назвал так этот дом.
Лишь после того, как это было сделано, он мог нажать кнопку брелока, чтобы открылась дверь подземного гаража, и после этого через несколько минут не приехала полиция. Из гаража он поднялся в холл на первом этаже, — Марьям встретила его с улыбкой и объятиями.
— А я думала, ты приедешь только утром!
— Удачно прошел границу, — не было очередей, — он пожал плечами. — К тому же, не люблю без необходимости ехать далеко ночью.
— Помню. — Она вспомнила поездку из Хасанкалы в Ростов.
— Потому и старался приехать как можно скорее. Ну, не только поэтому… — Он тоже улыбнулся. — А у тебя как дела?
— Строительство идет, а я им руковожу. Как ты и говорил… — Влад отметил для себя, что она перестала говорить: «как ты приказал». — К тому же, наконец, получила новый паспорт.
— Значит, в следующий раз, когда надо будет съездить, можно будет поехать вместе, — сделал вывод Влад.
— Да что же я тебя баснями кормлю, ты, наверное, проголодался в дороге, — вдруг вспомнила Марьям. — Я быстренько… — И она исчезла на кухне, и, пока Влад переоделся, ужин уже ждал на столе. Он с тех пор, как они оказались вместе, начал ценить кавказскую кухню.
— А ты-то сама хоть поела?
— Конечно. Я же не ожидала, что ты приедешь… — Марьям сделала паузу. — Ну, рассказывать сейчас будешь, что узнал? Или потом?
— Давай начну сейчас. А еще кое-что сама прочитаешь. Когда компьютер на стол поставлю. — Влад имел в виду ноутбук, который обычно брал с собой в поездки, а сейчас он был в сумке, стоявшей рядом на полу. Но, действительно, начал с того, что узнал от Ирины и Исмаила Аева. Выслушав характеристику последнего, Марьям кивнула.
— Мне тоже так показалось, когда он к нам с Хусейном приезжал. Может быть, поэтому его и заставили стать врачом и, в конце концов, заняться наукой.
— Как это? — удивился Влад.
— Когда старший в семье… тогда это был, кажется, даже не отец Хусейна и Исмаила, а дед… выбирает, кем быть парню или девушке, он же принимает во внимание, что тот или та из себя представляет. Не только, к какому делу способен, но и подходит ли оно к его характеру. Ну, девушку, скорее всего, просто выдадут замуж, но тоже посмотрят, за кого. Чтобы не было… плохо обоим. — Марьям вздохнула. — Это с моим вторым мужем отец так ошибся, но… того он и не знал. Он же и не хасаниец. А, как правило, родители или деды знают, как дети думают, и чем дышат. Можно так сказать, изучают это. Потому Хусейна сделали милиционером, а Исмаила — врачом и ученым. И обрати внимание, оба достигли успеха. Хусейн дослужился до генерала, Исмаил стал профессором и заместителем директора своего института, может, и выше поднимется…
— То ты считаешь, — удивился Влад, — такой подход работает?
— Как видишь… А я сама захотела стать юристом, и что из этого..?
— У тебя все еще впереди! Как ты можешь сейчас делать выводы? — рассмеялся Влад. — Сделаешь еще карьеру, если захочешь. Только вряд ли в суде…
— А что ты хотел, чтобы я прочитала? — спросила Марьям, ставя посуду в посудомоечную машину.
— Сейчас. — Влад расположил на столе ноутбук. — Войду в почту… Кстати, курить будешь?
— Давай… А что, понадобится?
— Сама увидишь, — сказал Влад, доставая зажигалку.
