Этот факт просто сводил меня с ума. Судя по всему, где-то за грудиной размещалось крошечное электронное устройство, которое могло устанавливать соединение с навороченной броней и наблюдать буквально за каждым изменением в моем теле – таким же образом можно увешать ненужными датчиками корабль вроде «Нормандии» только потому, что потратив на него такую сумму денег, вы желаете знать, что все функционирует как положено.
- Вы нам не доверяете, - немного помолчав, осторожно начала Миранда, - что вполне ожидаемо, учитывая ваш прошлый опыт встреч с другими подразделениями «Цербера». Но вы должны понять, что в данном случае мы и в самом деле действуем в ваших интересах так же, как и в интересах всего человечества. Я нахожусь на этом корабле только для того, чтобы убедиться, что вы сможете завершить миссию. За моими действиями не стоят иные мотивы, и у меня нет других приказов. Я докладываю Призраку о вашем состоянии и о ходе операции – вот и все. Не знаю, что еще добавить, чтобы убедить вас. Мы вместе сражались, и, казалось, вы доверяли мне тогда. Почему же считаете, что я лгу сейчас?
«Потому что сражаться с кем-то бок обок – это совсем иное», - подумала я.
Сейчас нам следовало завершить миссию, перед нами стояла общая цель, и в их интересах было из кожи вон лезть, чтобы сохранить мне жизнь. И не только потому, что они потратили на мое воскрешение несметную сумму денег, но еще и потому, что они нуждались во мне, чтобы иметь шансы выбраться невредимыми из предстоящей нам заварушки. Я могла со спокойной душой доверить Миранде с Джейкобом прикрывать мою спину, потому что их собственные жизни зависели от этого. Непосредственно же на «Нормандии» мое положение лидера операции вызывало у меня определенные сомнения.
Я встала, скрестила на груди руки и внимательно осмотрела свою гостью – гордую, уверенную в себе и полную решимости. Если она говорила правду, если заслуживала доверия, значит, я вела себя как злобная незрелая стерва, которая своими действиями сильно затрудняла ее работу. Однако мне было плевать – ей следовало бы подумать об этом прежде, чем она стала оперативником «Цербера» и взяла на себя ответственность за меня. Им всем стоило хорошенько подумать до того, как возвращать меня к жизни, а затем пытаться нацепить ошейник.
- Ты сказала, что провела последние два года, изучая всю возможную информацию обо мне, так? – с любопытством поинтересовалась я, приподняв брови.
- Верно, - ответила Миранда, сцепив руки за спиной, словно производила доклад. – Мне предоставили досье, содержащее подробные сведения касательно вашей личной и военной истории.
Подробные? Вот оно как. Я уже успела убедиться в том, что «Цербер» ничего не отставляет на волю случая.
- Полагаю, ты также получила мою психологическую характеристику?
- Да.
- И какие рекомендации сей документ содержал на случай возникновения подобного конфликта? В случае моего категорического отказа от сотрудничества?
Я уже знала ответ на свой вопрос – в течение нескольких первых лет службы меня довольно часто вызывали на дисциплинарные слушания, где раз за разом повторяли, что именно весь остальной свет думает обо мне. Шепард упряма. Шепард раздражительна, невыдержанна и часто жестока. Моей любимой характеристикой было «Шепард демонстрирует неподчинение и неуважение к командованию – качества, редко встречающиеся у новобранцев – вероятнее всего, по причине своего нарциссизма и твердой уверенности в том, что она лучше своих сослуживцев».
Я не поленилась и выяснила значение этого слова, после чего решила, что ко мне оно определенно не подходило. Нарцисс был идиотом, навлекшим на себя смерть, в то время как я на самом деле превосходила других. Я никогда не отступала, когда считала – знала – что права.
Миранда поджала губы и закрыла глаза – выражение, свидетельствующее о том, что она понимала: ей не выиграть этот спор, и я ощутила в душе ликование.
- Основываясь на этой характеристике, мы должны делать все возможное, чтобы вы чувствовали себя комфортно в течение того времени, что работаете с нами; и только так мы сможем добиться от вас преданности команде и предельной сосредоточенности на миссии.
Я усмехнулась, ощущая, что впервые с тех пор, как ступила на борт этого корабля, сумела сдвинуться с мертвой точки.
- А вы, ребята, знаете свое дело.
- Как вам будет угодно, коммандер, - вздохнула Миранда. – Я не могу помешать вам, и если именно это требуется для обеспечения вашего душевного спокойствия на «Нормандии», то я велю СУЗИ отключить все датчики в капитанской каюте, кроме тех, что следят за жизненными показателями на случай возникновения непредвиденных осложнений вследствие перенесенных вами сложнейших операций. Вы согласны на такой компромисс?
- Выполняй, - приказала я, обращаясь к потолку.
- Аудио- и видеозапись на этой палубе более не ведется, - немедленно отозвался голос. – Собранные данные, касающиеся здоровья, будут передаваться доктору Чаквас и агенту Лоусон для дальнейшего контроля вашего физического состояния.
