Я сходила с ума. Мне бы не составило никакого труда выбраться отсюда и сбежать с планеты, но я была слишком упряма и полна решимости остаться и заставить их выслушать меня. Кроме того, «Нормандия» теперь принадлежала Альянсу. Скоропалительное решение, в мудрости которого я до сих пор сомневалась. Я полагала, что это будет своеобразным жестом доброй воли, что таким образом я дам им знать, что никогда не работала на «Цербер», являясь, по сути, агентом под прикрытием, и что до сих пор была на их стороне. Только в этом случае мы имели шансы на победу. Но их это не волновало – они с радостью вцепились в корабль, а меня заперли в клетку.
Мне хотелось кричать. Хотелось шипеть и царапаться, бросаться на стены.
Остальные исчезли после того, как я сообщила им, что мне придется вернуться на Землю. Все члены моей команды ушли, искренне попрощавшись и пообещав, что когда придет время, они будут готовы. Наверное, это все, на что я могла рассчитывать. Они все находились на свободе, занимаясь своими делами и, я надеялась, добивались успехов, в то время как я сидела здесь, одинокая, отрезанная от всего света. Бесполезная.
Сначала я проводила дни, яростно расхаживая взад-вперед по своей комнате и превращая жизни несчастных солдат, приставленных ко мне, в ад.
Затем я стала читать все, что только могла найти – старые отчеты, книги о протеанах, легенды о Жнецах, мои собственные записи о Страже и Властелине. Я пыталась хоть как-то подготовить себя к пришествию Жнецов.
Когда же чтение надоедало, я начинала писать. Я решила воспользоваться свободным временем и напомнить себе о том, что считала по-настоящему важным. Я размышляла над тем, кем являлась и кем хотела стать. Я вспоминала Сарена, кем был он, и что с ним произошло.
Я думала о Жнецах, о том, что узнала от них, о том, чего будет стоить не просто выжить, а победить. Я воскрешала в памяти слова Стража о том, что нужно искоренять одурманивание. Жнецы уничтожат нас изнутри, если мы не окажемся достаточно сильными. Я не могла позволить этому случиться – я должна стать оплотом силы.
В результате подобных размышлений я составила список приоритетов – вещей и идей, за которые буду держаться, если почувствую, что контроль ускользает из моих рук. Список состоял из трех пунктов. Я записала их, запомнила и порой, проснувшись среди ночи, шепотом повторяла вслух. С таким оружием я не могу проиграть.
Первый пункт гласил: «Держись за своих друзей». Я знала, что с поддержкой моей команды способна на что угодно. Они доверяли мне свои жизни, а в ходе штурма базы коллекционеров мне пришлось доверить им свою. Если единственным шансом на победу являлся межгалактический союз, то по крайней мере «Нормандия» способна была подать хороший пример.
Да, я собиралась выкрасть ее обратно. Этот корабль, черт побери, принадлежал мне, и меня не волновал его текущий статус, пока он находился на Земле. Прежде, чем я покинула судно, СУЗИ сказала: «Предоставь это мне». Я могла только довериться ей.
Вторым пунктом было «Помни о своей человечности». Призрак нарушил это правило давным-давно, но я не собиралась следовать его примеру. Моя человечность являлась моим кодексом, и только благодаря ей я знала, что поступаю правильно. Этот свод содержал много правил, главным из которых было «не убивать гражданских». Я уже нарушила его триста тысяч раз, но не собиралась делать из этого привычку. Порой цена оказывается слишком высокой.
Существовал еще один аспект этого пункта, который возвращал меня к моей последней беседе с Лиарой, когда я объясняла ей, за что борюсь. Для меня быть человеком означало верить, что всё то, что делало нас несовершенными, помогало достичь совершенства. То, что другие расы считали нашими слабостями: нашу безрассудную горячность, наши короткие жизни, яростную и гордую индивидуальность – именно за это я почитала десять пальцев на руке, волосы на голове и тонкую, мягкую кожу за счастье. Цели для эволюции и жизни не существовало – это просто случилось, и единственной нашей обязанностью было прожить отведенный нам срок как можно лучше, суметь отыскать в бушующем вокруг нас шторме драгоценные мгновения счастья и покоя – чего-то, что мы и не мечтали получить.
Жнецы полагали, что это ничего не стоит, и за это я ненавидела их. Они не понимали того, о чем взялись судить, потому что неспособны были чувствовать. И что бы они ни думали, они не являлись богами. И их можно было убить. Я уже уничтожила одного и покончу с остальными точно так же. Я найду способ.
И эти мысли подводили меня к последней записи – третьему приоритету, следовавшему за первыми двумя.
«Убивай Жнецов». Здесь не было места компромиссам. Сарен был одержим идеей эволюции органической жизни, он хотел присоединиться к ним, и они просто превратили его в свою игрушку. Призрак хотел изучать их, хотел присвоить их невероятную мощь, подчинить себе существ, которых он не в состоянии был даже постичь. Я не повторю его ошибки. Я убийца, лучшая в своем роде, и я убью их безо всяких раздумий. Моя рука не дрогнет до тех пор, пока сердце бьется в груди.
