– Можно. – Старичок хорошо расслышал ее тихую реплику. – Проще говоря, герой нашей книги выдает себя за ее автора, то есть история рассказывается как бы от его имени, автор и герой сложным образом переплетаются, то и дело меняясь местами. В действительности, эта книга – мистификация. Хотя… Что значит «в действительности»? Действительность – это отражение в зеркале нашего сознания, а не само зеркало. Впрочем, я опять всё чересчур усложняю. – Слабая улыбка тронула его сухие губы.
Надежда пригляделась к нему и вдруг заметила, что он вовсе не так стар, как ей показалось в первый момент. То ли она ошиблась, то ли он внезапно помолодел, заговорив о своей книге, но теперь это был мужчина в расцвете лет.
– Так вот, проще говоря, книга опубликована без упоминания автора, чтобы убедить читателя, что ее автор и главный герой – одно и то же лицо. Формально, она написана от лица некоего средневекового путешественника, который отправился в глубины Азии в поисках легендарного царства Пресвитера Иоанна. Некоторые историки считают, что основой для этой легенды послужило одно из монгольских государств, во главе которого стоял христианин несторианского толка. Об этом царстве в Средние века рассказывали удивительные истории, считали, что там царят справедливость и добродетель. Некоторые путешественники утверждали, что побывали там и встречались с таинственным первосвященником. И вот наш герой – или автор – тоже отправился на поиски этого царства, надеясь найти идеал христианской жизни. Но нашел ли он это царство? А если и нашел, то что он обнаружил? Истинный рай добродетели или очередную злобную, изощренную мистификацию? Чтобы найти ответ на эти вопросы, вам придется прочесть эту книгу.
– Но где ее можно купить или взять для прочтения? – подала голос одна из слушательниц.
– Пока, к сожалению, существует всего один экземпляр этой книги, и даже он в данный момент недоступен.
– Но тогда в чем смысл сегодняшней презентации?
– Действительно, в чем ее смысл? Для чего вы пришли? Может быть, для того, чтобы послушать отрывок из книги?
Он прикрыл глаза и заговорил монотонным, гипнотическим голосом:
…Расторопные слуги приносили одно за другим удивительные и разнообразные блюда. Искусство здешних поваров изумительно. Они готовят рыбу так, что она делается по вкусу похожа на мясо, а мясо – похоже на кисло-сладкие фрукты. Некоторые блюда невозможно было определить. Я спросил одного из слуг о происхождении особенно вкусного блюда, но слуга вместо ответа поднес руку ко рту.
Куртис, который разделил с нами трапезу, увидел это и пояснил, что слуга нем, а понравившееся мне блюдо – это запечённая с орехами и вишнями птица чеабиль, обитающая на западных болотах.
Во время трапезы музыканты, скрытые от наших глаз разноцветными ширмами, услаждали наш слух необыкновенной музыкой. Инструменты, на которых играли, были не похожи ни на один известный мне инструмент – ни на арфу, ни на виолу, ни на флейту. Казалось, что за ширмой ангелы поют.
Наконец обильная трапеза закончилась.
Все мы чувствовали себя до предела усталыми и обрадовались, когда Куртис сказал, что сейчас нас отведут в покои, где можно будет отдохнуть и выспаться. Безмолвные слуги развели нас по покоям отдохновения, причем каждому отвели отдельное помещение.
Меня проводил в отведенный мне покой сам Куртис, тем показав особое ко мне уважение. Покой меня приятно удивил: он был просторен, удивительно роскошен и удобен.
Правда, когда я спросил, отчего моего верного слугу Пьеро не поместили вместе со мной, Куртис ответил, что мне будут прислуживать дворцовые слуги, мой же верный Пьеро будет почивать отдельно, как господин.
В тот же момент в мой покой вошли трое слуг, которые почтительно помогли мне переодеться в удобное ночное одеяние и уложили на превосходную, весьма удобную постель.
Правда, когда я хотел их кое о чем спросить, они жестами показали мне, что не могут разговаривать. Я не понял, то ли они не знают моего языка, то ли вообще немы, как те слуги, которые обслуживали нас во время трапезы. Впрочем, между собою они тоже не разговаривали, так что я склонился ко второму предположению.
Наконец, слуги приглушили свет в опочивальне и покинули меня. Я мгновенно заснул, однако вскоре проснулся от какого-то странного звука. Я открыл глаза и несколько минут приходил в себя, ибо не сразу понял, где нахожусь. Но вот я вспомнил, как наш караван достиг владений Пресвитера Иоанна, как гостеприимно нас встретили подданные Пресвитера и с облегчением вздохнул.
И тут я снова услышал разбудивший меня звук.
Это был тихий голос:
– Проснись, мой господин!
Я сел на ложе и вгляделся в полутьму опочивальни. От стены отделилась малозаметная тень и двинулась ко мне.
Я потянулся за своим верным кинжалом, который по старой привычке оставил возле ложа, но незнакомец предостерегающе поднял руку:
– Не беспокойся и не опасайся, мой господин! Я не причиню тебе никакого вреда. Я пришел единственно для того, чтобы предупредить.
– Кто ты и о чем хочешь меня предупредить?
