— Взлом и проникновение — уголовное преступление. Запомни на будущее.
— Это ваши законы, а не наши!
Койот ткнул толстым пальцем в их сторону.
— Вы, белые, сделали все возможное, чтобы лишить нас, индейцев Калифорнии, наших земель и традиций. Договоры 1850-х годов так и не были ратифицированы Сенатом, и из-за этого мы потеряли свои территории. Бюро по делам индейцев систематически не учитывало индейцев Калифорнии полностью, и теперь у нас наименьшее финансирование на душу населения по сравнению со всеми остальными. Блин, мужик, половина наших племен даже не признана на федеральном уровне, и поэтому мы не получаем денег, в отличие от других индейцев. Индейцам Калифорнии не хватает экономической и государственной помощи, а все из-за того, что нас когда-то лишили земли. Ни с кем другим во всей стране не обошлись так, как с нами. Поэтому засунь себе куда-нибудь свое уголовное преступление.
Джаред схватил здоровяка за рубашку и вполголоса сказал:
— Не знаю, что ты задумал, но тебе лучше собрать вещички и уйти прямо сейчас.
Койот отстранился, разглаживая рубашку.
— Запомни, мужик. Мы больше не будем сидеть сложа руки. Мы становимся активнее, организованнее. Ты думаешь, что мы просто кучка тупых краснокожих, но ты сильно ошибаешься. Вы разрешаете этим людям приходить сюда и молиться.
Он махнул ручищей в направлении ограды на противоположной стороне Эмералд-Хиллс Драйв, где группа ньюэйджеров[10] воздевала руки к небу и произносила мантры.
— Это оскорбляет нас! Всякие христиане с их фальшивой новой религией приходят к нашей святыне и прикидываются такими из себя набожными. Тебе бы понравилось, если бы мы надели перья и бусы и устроили танец дождя посреди Собора Святого Петра? Времена меняются, мужик. Мы уже подали иски против издательств, выпускающих словари со словом «скво». Это слово оскорбляет наших женщин. Мы заставим ботаников изменить названия растений, в которых оно присутствует. Мы даже собираемся покончить со словом «индеец», потому что мы не из Индии, мужик. И мы не коренные американцы, мы — главные американцы. Поэтому смотри в оба, мистер белый адвокат, и увидишь силу сынов Сидячего Быка и Неистового Коня.
Джаред взял Эрику под локоть и быстро увел ее.
— Придется быть поосторожней, — тихо сказал он. — Койот появился здесь не просто так, он будет заниматься агитацией. Хотя местные в большинстве своем аполитичны и неагрессивны, им лишь бы зарплату получить, Койот обладает даром убеждения. Он один из вожаков Красных Пантер.
Эрика вздрогнула, почувствовав прикосновение Джареда к своей коже. В одно мгновение были забыты и Койот с томагавком, и индейцы с пещерой — Джаред был рядом, притрагивался к ней, и на нее вновь нахлынула волна чувств.
— Красных Пантер?
Губы сами выговаривали слова. Ей хотелось спросить об островах Санта-Барбары. Нашел ли он там то, что искал?
— Это радикальное ответвление Движения американских индейцев. После захвата Алькатраса и Вундед-Ни ищут новое место, где можно было бы излить всем свои жалобы и обиды. Они положили глаз на пещеру.
Ее грудь сдавило еще сильнее.
— Что за человек этот Койот?
— Настоящее имя — Чарли Брэддок. Пытался примкнуть к разным племенам, от суквамиш в Вашингтоне до семинолов во Флориде. Никто из них его не принял, потому что он не сумел доказать своей принадлежности к этим племенам. Тогда он решил присоединиться к непризнанному властями племени, где от него не стали требовать проверки родословной.
— Так он на самом деле не индеец?
— Если в Чарли и течет индейская кровь, то ему ее перелили на донорском пункте Красного Креста. Прежде чем вступить в движение индейцев, он пытался подработать наемником в Африке, а еще раньше был водителем «скорой помощи», откуда его выперли после ареста — он выдавал себя за доктора. Все эти разговоры о жизни в резервации — полная чушь. Чарли родился и вырос в долине Сан-Фернандо и учился в средней школе для белых. А эта его куртка просто смех — никогда он не служил во Вьетнаме. Когда объявили призыв, Чарли по-тихому перебрался через границу в Канаду и переждал там. Ему повезло, что до него очередь не дошла. Но не стоит недооценивать его. Он опасен как для белых, так и для индейцев.
Они вошли в лагерь под свет фонарей. Джаред перебросил спортивную сумку на другое плечо и внезапно поморщился от боли, схватившись за бок.
Эрика встревожилась:
— Вам плохо?
— Ничуть!
Однако Эрика увидела, что его лицо побледнело и покрылось потом, хотя ночь выдалась прохладной.
— Нет, правда, все нормально. Банальный ушиб. По глупости.
— Что стряслось?
Он попытался улыбнуться.
— Вышел не в ту дверь.
— Может, мне сбегать за врачом?
Он помотал головой.
— Мне просто надо выпить. Трудный выдался денек.
Его взгляд скользнул по волосам Эрики, все еще подобранным и закрепленным заколкой с искусственным бриллиантом, а затем опустился на ее обнаженные плечи.
— Красивое платье, — пробормотал он.
Ее сердце сжалось.
— Я только что вернулась от Димарко с вечеринки.
