– Пфф! Показал – не то слово, – Дин покачал головой. – Он мне всё мозги нахер свернул… Не думал, что он такой.
– Угу… Невинный мальчик-эмо с откровенно блядскими закидонами? Нехилый такой микс для первого раза, да?
Дин усмехнулся, видя улыбчивый, но всё же обманчиво-спокойный взгляд. Обманчиво, потому что слишком хорошо чувствовал человека, которого любил – спокойствием там и не пахло.
– Он и тебя таким собойвлюбил по уши, да, мой хороший?
– Мне казалось, что он опустошает меня, вычёрпывает своими ласками… Но без этого я уже не мог…
– Да, ты говорил… Имею ввиду на диктофон.
– А… Он меня в шок вгонял. То, каким он оказался в постели, даже пугало иногда. Хотя и до сих пор… – Свят запнулся, кашлянул, чем и воспользовался Дин.
– Ты имеешь в виду то, что сегодня увидел?
– Блядь… Вот молчи про сегодня, а?
– Прости, – Ангел улыбался, – прости, молчу!
– Ты это… вопросы у тебя ещё не закончились случайно? – Зверь опёрся затылком о стену, закрыв на секунду глаза, пока молчал Дин.
– Знаешь, – вдруг начал Ангел, игнорируя вопрос, – я вот теперь понять не могу…
– «Теперь»? – не дал договорить Свят. – Это к чему?
– Теперь – когда я знаю о реальном твоём отношении ко мне, – Дин говорил, словно ставя точку после каждого произнесённого слова.
– Окей… Продолжай, – милостиво позволил Свят, снова закрывая глаза.
Дин шумно выдохнул, демонстрируя возмущение.
– Так вот… Ты говорил, что во время ссоры ты не шлялся по парням, так?
– Не шлялся. Не до этого как-то оказалось…
– Я понимаю, да… Но потом, Зверь! Когда я тебя в сортире выловил, и мы целовались, как полоумные, и признался тебе, что мы с Яном оба хотим быть с тобой, какого хера ты попёрся к грёбаному садисту, а?! Ты никого не искал, когда внушал себе, что один остался, а потом, когда я тебе прямым текстом сказал, что ты нам нужен… Какого? А? Что это? Ты мне можешь сейчас сказать, какая дурь у тебя в башке тогда творилась?
Дина потряхивало.
Он переживал во всём этом что-то очень противоречивое, и, в то же время, странное чувство, что начинает рыть там, где когда-то это делать очень доходчиво и ясно Зверь запретил. Поэтому и маячила возможность быть посланным очень далеко. Без объяснения причин.
– Не ори, – Свят оттолкнулся от стены и склонился в сторону всё больше напрягающегося Ангела. – Какая дурь, спрашиваешь? А знаешь, ты прав… Ещё та дурь! Вот только ты, мой мальчик, если «теперь» в курсе того, чего не знал раньше, может, сам свяжешь кое-что?
Дин уже собирался что-то сумничать, но Свят продолжил:
– Вспомни-ка, блонд, в чём ты ЕЩЁ признался тогда… Пошевели извилинами! Ну? Давай-давай! Поднапрягись! Что? Судя по твоей охуевшей роже лица – склерозом не страдаем ещё? Нет?
– Охереть… Я же… Тогда тебе сказал, что люблю Яна…
Дин даже охрип, в общем-то, уже догадываясь, что творилось со Зверем в тот день.
– Ни хера себе… Так получается, что я тогда тебя ещё больше оттолкнул, да? И ты реально не собирался быть с нами? Именно поэтому снова полез на сайты знакомств? Я прав?
– Аллилуйя! Блонд, ну браво, чо!
– Браво?! Чёрт! Но я же видел тебя в тот день после разговора! Ты был спокоен! Мне казалось, что всё налаживается!
– Ну да… Более логично, чтобы я головой о стены бился, да, милый?
– Да какого ты…! Зверь! Вот какого ты ржешь сейчас!? Издеваешься, что ли?
– Эй! Тшшш! – Свят подорвался и, выдернув Дина за руку со стула, плюхнулся на диванчик, заставив усесться к себе на колени лицом к лицу, притянув за шею, едва касаясь губами виска. – Не вопи… Ну, чего ты? Всё так давно происходило, слышишь? Прошло же! Мы вместе…
Дин стискивал плечи Свята до боли в пальцах, слушая его голос, впитывая тепло прикосновения губ, тела, рук.
– Это пиздец какой-то! Я не видел ничего! А ты… У тебятакое дерьмо в мозгах кипело!
– Ну не почувствовал… убиться теперь, что ли? Ты на мелком зациклился тогда. Полностью. Помнишь, ты тогда не знал где он и что? Да и выловил ты тогда меня именно из-за него. Вот… Так что не удивительно.
– Ты сейчас кого успокаиваешь? Меня или себя? – Дин тихонько тёрся носом о стриженый висок Зверя, ощущая постепенно рассасывающееся напряжение.
– Обоих.
– Да… А звонок от тебя тогда, Свят?
Зверь вздохнул, всё так же, не выпуская от себя гибкого, как кошка, чуть пьяного Ангела, взъерошенного и чёртовски приятно возбуждённого эмоционально.
– Я был пьян, зол… И вообще после всего… – Свят помолчал, а Дин не сдержал вырвавшийся скулёж. – Оставалось или удавиться, или позвонить тебе.
– Ты позвонил мне.
– Да, я убеждал себя, что просто поговорим и всё… Понимаешь? Ты единственный, кроме брата, кто знал всё. Кому ещё я мог рассказать, пожаловаться? А? А меня распирало! И, между прочим, не собирался я тебя в койку тащить. Честно. Веришь? Это уже потом, когда ты заявился… Деловой… Фейс кирпичом!
– Чего? – попытался возмутиться Дин.
