Святой из тени полностью

Кари сморщила нос, и булыжник соскочил у Тереванта с ладони, сам по себе перелетел через комнату и слился с каменной стеной. Она продолжила разговор, будто не произошло никакого чуда.

– Хорошо. Значит, Эдорик Вант. – Она отхлебнула. – После Кризиса в Новый город понабежало козлов – божью бомбу искали. Алхимики захватили четыре Черных Железных колокола до того… до того, как настала задница. Беканорский колокол взяли для тестового прогона. – В недостроенной комнате не было никакой мебели, поэтому Эладора неприкаянно переминалась на месте. Карильон прислонилась к стене; стена искусно изменила форму, камень отрастил выступ, чтобы ей сесть.

– В Грене, – сказал Теревант. – Я побывал там. Там очень… странно.

– Ага, кабздец, здесь началось гребаное светопреставление. Отовсюду поперли веретенщики. Короче, в неразберихе они сняли еще три колокола. С Башни Закона, с Колокольной Скалы в бухте и с Нищего Праведника. Они притащили их в литейные цеха квартала Алхимиков и начали их переделывать, а после… – Она пожала плечами.

– А после случилось Чудо, – перехватила бразды рассказа Эладора. – Прочие Черные Железные Боги, что оставались заключенными в колокола, разрушились, когда ты передала их мощь господину Иджсону. А из тех трех колоколов, которые были в процессе преобразования в оружие – не знаю, один из них точно сохранился в виде готовой бомбы. – «Может быть, уцелели и другие два. Рассеялась их накопленная мощь – но не злоба».

– Это колокол с Башни Закона, – заявила Кари. – Его перековали так шустро, потому что понимали: глядишь, придется подрывать его в городе. Убить Черных Железных Богов и Хранимых Богов заодно.

– Городской дозор достал его из обломков. А что с двумя остальными? – спросила Эладора. Она попыталась мысленно восстановить первоначальную обстановку, наложить карту квартала Алхимиков на Новый город. Будь оно проклято – это же археология, ее-то почему не позвали?

Кари поболтала спиртное в бутылке.

– Шпат замуровал их на глубине. Ему тяжело смотреть на них. Их хер прозришь божественным зрением. Как будто глядишь прямо на солнце, только солнце – черный провал порчи, смерти и вопящей ненависти. – Она прервалась, внимая только ей слышимому голосу. Покачала головой.

– Так вот, говорю, каждый козел потащился искать эти, может оказаться, что бомбы. Знамо дело, дозор. Алхимики. Дерьмоед Дредгер из Мойки. Искатели сокровищ. И шпионы. До хрена шпионов.

– Эдорик Вант, – вставила Эладора.

– Среди прочих, ага. – Кари отпила. – Никому из этих гнид нельзя было верить. Столько говна здесь творилось! Когда его тело подкинули в мою прежнюю хату, я пошла назад по следам до дома на Гетис Роу.

Теревант обратил внимание на угол комнаты. Туда была задвинута деревянная клеть, набитая баллонами и ружьями, а сверху лежал кожаный рюкзак.

– Это ты вынесла все оружие из того дома?

– Девушкам надо есть. – Кари встала и заняла место между Теревантом и клетью, подначивая его возразить. Он не двинулся с места, и она продолжала:

– Там наверху были еще и карты, документы и всякая всячина – не знаю, кто их составил, но карты хорошие. Кто-то вычислил, куда Шпат засунул бомбы.

– Где они теперь? – настойчиво повысил голос Теревант.

Кари обожгла его взглядом.

– Ты не слушаешь? Хер тебе в дышло, Хайт не будет выкапывать все это алхимговнище по новой. – Она покачала пустой бутылкой. – Вишь, Эл, какой ответственной я становлюсь!

Теревант потыкал недосформированную каменную раму, где предполагалось окно.

– Что стало с Вантом, с зомби-Вантом, я имею в виду? Я видел, как он за тобой гнался.

Кари пожала плечами:

– Он не пошел за мной в Новый город. А пойди… – Она притерла донышко бутылки к стене, словно давила жука.

– Он по-прежнему цел?

– Был, когда я его видала.

Теревант побарабанил по камню.

– Мне сказали, что его убила ты. Думаю, они хотели, чтобы я нашел его тело, чтобы поверил, будто ты это сделала. Чтобы скрыть… – Он осекся, побледнел, как привидение. Опять привалился к каменной раме, надавливая на трещинки. – Ты ясновидящая. Яви мне пророчество. Поведай, что случилось с моим братом?

– Боюсь, – сказала Эладора, – что посольство слишком далеко от Нового города.

– Да, – подтвердила Кари. – У меня нет глаз севернее Замкового холма.

– Меч Эревешичей – он исчез из посольства. – Теревант дрожал, несмотря на жару. – Ты видела, кто его взял? Они прошли сквозь твои владения? Где теперь меч?

– Чего же он стоит?

– Денег, – ответил он. – Казна Эревешичей заплатит тебе.

– У тебя нет и двух медяков, – рассмеялась Кари. – Тебя даже грабить бестолку.

– Мои деньги в Хайте.

– А мы тут.

– Ты можешь найти меч, Карильон? – негромко спросила Эладора.

Кари пожала плечами:

– Наверно. Если он в Новом городе или где-то поблизости.

– Я знаю, чем вы можете нам заплатить, – обратилась Эладора к Тереванту. – Выборами. Разоблачите нового короля как подсадную марионетку Хайта. Все мы знаем, что это так. Предоставьте доказательства.

Теревант потер запястья, его пальцы ощупали что-то под кожей. Он выпрямился, покачал головой:

– Не могу. Простите, но нет. Я принес присягу Короне. Я дал обет.