Остановившись и задумавшись на секунду, я ухмыляюсь, когда представляю, как она из-за этого злится. Точно, буду звать ее так, когда ей станет лучше.
Я уже представляю, как она будет закатывать глаза.
Черт. Ей лучше поправиться.
Думая с ненавистью о мудаке, который лапал ее, я заканчиваю переодеваться. Быстро хватаю парочку последних анальгетиков «Перк» от боли в колене и выпиваю обе, а затем беру наушники, телефон, сигарету и зажигалку. Держа все в руках, направляюсь в спортзал на нижнем уровне нашего пентхауса.
На заметку… сходи за новыми таблетками к одному из докторов, чтобы ты мог нормально ходить, тупица.
Спустившись по лестнице, смотрю в сторону коридора и уже вижу Джио, сидящего на полу напротив двери в кабинет с ноутбуком на коленях. — Ты просматриваешь записи из клуба?
Он фыркает, не отрываясь от экрана: — Пытаюсь, черт возьми. Парень умный.
— А? Насколько?
— Нашел его только на двух камерах из бесчисленного множества, которые у нас тут повсюду. Парень либо хитрый, либо каким-то образом знает, где находится куча нашего оборудования. Мне не нравится ни один из вариантов. Только что ответил на звонок Бетани и получил немного информации от ее подруги, которая была с ней… правда нифига не помогло, что бесит меня еще больше.
У меня сильнее портится настроение, и я хмурюсь. — И что именно сказала подруга?
— Якобы он учится с нами в университете в выпускном классе, но она знает только его имя, потому что встречалась с ним всего пару раз. Питер. Бетани сказала ей, что она порвала с ним, когда он попытался добиться большего между ними. Видимо, он хотел, чтобы она стала его на все согласной «трофейной женой» и чтобы она бросила школу. Они встречались весной в течение шести недель… — он прервался.
— Но? — говорит Син, подходя ко мне сзади и явно ожидая сюрприза с подвохом, который сейчас нам подкинут. Потому что не может быть все так чертовски просто.
— Но… — Джи вздыхает, — я не могу найти парня в образовательной системе. Нигде.
Я почти уверен, что выражение лица Синклера до жути похоже на моё с отвисшей челюстью. С каких пор Джованни не может найти никакой информации в системе школьных серверов?
— Что ты имеешь в виду Джованни? — требует Син
Я еще не видел у него такого злобного взгляда, когда он сказал сквозь зубы: — Именно то, что сказал, Синклер. Ничего. В списке старшекурсников нет никого по имени Питер. Я даже проверил учеников младших классов. Этот парень — призрак или ходит в нашу школу под чужим именем. Так что не надо на меня наезжать. Если ты хоть на секунду подумаешь головой, а не своим членом, то, возможно, сможешь догадаться, как этот парень здесь оказался. Я думаю, что найти этого парня все равно, что искать иголку в стоге сена.
Обдумываю его слова, а затем меня осеняет, и я стону в ответ. — Че-е-ерт… Артур Блэквелл, Роберт Картер и Лоренцо Мартинелли. Ты думаешь, что в Синдикате творятся дела, о которых мы не знаем? И какого хрена что-то подобное должно происходить здесь, где мы контролируем ситуацию?
— Думаю, ты только что сам ответил на свои вопросы, Дек. Если в этом замешаны наши доноры спермы, то мы в полной жопе. Когда они были старшеклассниками, наши дедушки уже практически отошли от дел. Что мы можем контролировать, кроме школы? — констатирует Син, с чем я не могу не согласиться.
Наши отцы скорее умерли бы, чем позволили кому-то из нас иметь хоть какую-то власть.
Джованни кивает в знак согласия. — В точку. Мы для них лишь циркачи, а они — мастера, пытающиеся сохранить контроль. Так было на протяжении многих лет, и мы все это знаем. Они ненавидят нас, что мы не спрашиваем их «как высоко, господин?», когда требуют, чтобы мы прыгнули. — Он замолкает, очевидно, что-то понял, затем яростно набирает текст на компьютере. — Если что, я готов поспорить, что этот сука «Питер» на самом деле ходит сюда под чужим именем, чтобы следить за нами. Затем он как-то отчитывается перед нашими отцами. В этом есть смысл, если учесть все предыдущие события и ту чушь про брак по расчету, которую они пытались нам подкинуть. Если у них получится нас сломить, тогда они смогут превратить нас в своих солдатиков, которые не задают вопросов, а просто делают то, что им говорят. — Еще одна пауза, пока он набирает текст. — Если это так, мне понадобится все оборудование в моей комнате, чтобы выяснить все, что я могу. Возможно, нам придется немного подыграть, чтобы сбить их с толку, если я узнаю, что это дерьмо — правда. — Он наконец останавливается, явно закончив с нами разговаривать, и вскидывает руку в воздух, чтобы отпустить нас.
Мы с Синклером, наконец, направляемся в спортзал, и по дороге я прикуриваю свой временно забытый косяк, нуждаясь в спокойствии, которое он мне приносит, чтобы не разгромить спортзал, как в прошлый раз, когда был на взводе. Сделав большую затяжку, я передаю косяк Сину, но он ворчит «нет, спасибо», вставляя наушники и включив музыку, а затем обхватывает руками висячую грушу. Я иду на беговую дорожку, нуждаясь в ожоге легких в дополнение к сигарете, чтобы полностью вывести адреналин.