— Придурки. Вы оба, — говорит он, опуская руки, и приглашает нас выйти из лифта, прежде чем пойти в сторону кухни. — Мне насрать. Но я чертовски зол, что вы, идиоты, скрывали это от меня. Идите в душ и встретимся в кинотеатре. В наказание вы, мудаки, будете смотреть мой любимый фильм.
Больное и извращенное озарение настигает нас одновременно, и мы оба начинаем ворчать и стонать по поводу тайного любимого фильма Синклера «Забыть Сару Маршалл».
— Нет! Я больше не буду смотреть это дерьмо, Синклер. Можешь трахнуть себя вилкой, мне плевать, — скулит Дек, пока я пытаюсь найти компромисс.
— Да ладно, мужик, что угодно, только не это. Будь разумным.
Да, Синклер и слово «разумный» так же сочетаются, как фен и ванна с водой. Он окидывает нас своим пресловутым кинжальным взглядом.
— Нет. У вас есть два варианта. Либо вы смотрите фильм, либо я распечатываю те чудесные детские фотографии, на которых вы одеты как девочки, и расклеиваю их по всему кампусу. Может быть, даже на рекламном щите на шоссе.
Зашибись, жизнь прекрасна. Вот ведь сволочь.
С покорным вздохом я иду в свою комнату принять душ. — Спущусь через десять минут, засранец.
Я слышу за спиной, как ворчит Деклан. — Козел разрушил мою послеоргазменную дымку. Заносчивый хрен просто злится, что его сегодня не трахнули. Затем дверь в его комнату захлопывается, а его жалобы и стоны продолжаются.
Я принимаю душ, надеваю удобную одежду и направляюсь в театральный зал. Я готов к еще одной отстойной ночи за просмотром фильма, который каким-то образом успокаивает убийственного зверя Синклера.
Неважно. Однажды он заплатит за эту дурацкую фотографию.
Бетани
Солнце, проникающее сквозь жалюзи… Вау, какое прекрасное ощущение. Подожди, солнце? В моей комнате нет жалюзи. Я мигом просыпаюсь от глубокого сна и подскакиваю на самой удобной кровати, в которой когда-либо лежала. Мое тело совершенно не любит быстрых движений. — Сукины дети, — бормочу я, пытаясь сориентироваться. Где я?
Я оглядываю минимально обставленную комнату, сама лежу на огромной кровати, застеленной темно-серой простыней, пледом и наволочками. Изголовье кровати из темного дерева с черной обивкой. Ночной столик, комод с зеркалом, письменный стол и стул выполнены в едином современном дизайне, что придает интерьеру целостность. На тумбочке стоит металлическая лампа с черным абажуром. Стены светло-серые, а шторы по цвету находятся где-то посередине между стенами и постельным бельем. Я вижу дверь в смежную ванную и предполагаю, что она, вероятно, похожа по дизайну на эту комнату. В настоящее время я настолько растеряна, что не могу сдвинуться с места и выяснить это.
Оглянувшись на тумбочку, вижу свой телефон, лежащий там вместе с бутылкой воды, упаковкой тайленола и… запиской? Хм. Любопытно. Может быть, в записке есть ответ на мои многочисленные вопросы, которые крутятся в моем затуманенном сном мозгу.
Я быстро беру телефон в руки, открываю тайленол, принимаю три таблетки и запиваю половиной воды, чтобы утолить жажду. Обычно я не принимаю эту дрянь, но знаю, что в противном случае заплачу. Потянувшись за запиской, смотрю на незнакомый почерк все еще с любопытством. Но когда наконец вижу последнюю строчку, все события последних дней встают на свои места, и я мгновенно просыпаюсь.
«Бетани,
Доброе утро, котенок.
Тайленол и вода для тебя.
Выпей, чтобы не чувствовать себя дерьмово.
Ванная комната примыкает к твоей комнате, шкаф находится в ванной.
Там же коробки со всеми твоими вещами.
Прими душ и пройди на кухню.
Синклер».
Черт! Как, черт возьми, я забыла? Затем меня осеняет озарение, и я бросаю взгляд на записку. Этот наглый ублюдок довел меня до оргазма, чтобы я согласилась!
Я скомкала записку и вскочила с кровати, не обращая внимания на боль и вновь обретенное негодование. Топая к двери, готова надрать ему задницу, но организм напоминает мне, что я не была в туалете неизвестно сколько времени. Закатив глаза на себя, еще больше злюсь, что телу нужны базовые потребности, и поворачиваюсь к ванной. Щелкнув выключателем, я на время ошеломлена тем, насколько та великолепна.
Двойная тумба из темного дерева — вот что первым бросается в глаза. На нем стоит мраморная стойка из темного оникса с двумя глубокими раковинами. Гигантское зеркало дополняет обстановку вместе с великолепными подвесными светильниками. Далее мое внимание привлекает огромный открытый душ из натурального камня, в котором могут поместиться восемь человек. Стекло настолько чистое, что вы практически не замечаете его, за исключением держащих его металлических кронштейнов. Три огромные душевые насадки свисают с потолка, а также различные другие, прикрепленные к стене. Оглядываясь по сторонам, я вижу унитаз и глубокую ванну-джакузи. Святое дерьмо, эта гребаная ванная комната больше, чем моя комната в общежитии! Господи, наверняка чертовски приятно управлять школой и быть одним из самых богатых и влиятельных людей в округе.
Пока мой мочевой пузырь напоминает мне, что нужно облегчиться, я прохожу мимо зеркала и мельком гляжу на себя, и останавливаюсь в ужасе от своего вида.