— Давайте день-два уделим подготовке. Сначала поговорим с ней о тесте ДНК, потом все спланируем, прежде чем начнем копаться в дерьме.
— А что, если она не согласится на тестирование? — спрашивает Деклан, выдвигая весомый аргумент.
— Может, сначала нам дождаться ее согласия, прежде чем нырнуть в черную бездну и сделать то, что мы собираемся? — добавляю я. — Я к тому, что если она не согласится, то все это не имеет никакого значения. А я не буду делать ничего без ее согласия. Мы можем открыть ящик Пандоры, что нам вовсе не нужно, особенно сейчас, когда Бетани нам доверяет. Плюс у нас будет больше времени, чтобы придумать около десятка разных идей и запасных планов, как получить доступ к записям. У меня нет проблем со смертью, но я бы предпочел отложить ее как можно дольше, поскольку мы, по сути, говорим о совершении предательства.
Синклер и Деклан в течение нескольких минут прокручивают в голове то, что я сказал, и соглашаются, что более консервативный подход — лучший вариант.
— Верно подмечено, гений.
— Пошел ты, Син, — усмехаюсь я. — Для такого контролирующего мудака, тебе определенно нравится входить в ситуацию на полную катушку. Я не извиняюсь за то, что предпочитаю иметь множество вариантов, чтобы подготовиться к любым возможностям.
— Бойскаут, — хмыкает Деклан, а я бросаю в него пульт, попадая ему в плечо.
— Мои бойскаутские замашки уже много раз делали тебя счастливым и довольным, придурок.
— О, мать вашу. Я ухожу. Не собираюсь слушать ваши истории о сражениях на мечах, — бормочет Синклер, уходя в свою комнату, а мы с Декланом посмеиваемся над его легким неприятием наших откровенных разговоров о нашей ориентации. Он не против того, что мы бисексуалы, но видно, все еще привыкает к нашим откровенным разговорам об этом, когда мы так долго все скрывали. Мы тоже виноваты в том, что не сказали ему ни слова, но, по крайней мере, теперь он знает и принимает нас. Так что мы можем сделать ему небольшую поблажку.
Откинувшись на спинку дивана, я смотрю на Бетани. — Tesoro, все было бы намного проще, если бы ты знала, кто твой отец.
— Думаешь, ее жизнь окажется в опасности, если моя теория подтвердится? — осторожно спрашивает Деклан.
— Честно говоря, на нее уже один раз напали. Насколько нам известно, она уже может быть в опасности, и никто из нас этого не подозревает. Кто-то, возможно, на десять долбаных шагов впереди нас и только и ждет, чтобы нанести удар. Мы не узнаем, пока не раскопаем все, что нам нужно. Сейчас мы в состоянии лишь защитить ее и не терять бдительности в любой ситуации, которая может привести к катастрофе.
— Верно. Она с тобой, или ты хочешь, чтобы я отнес ее в комнату?
— Иди спать, Дэк. Она со мной.
Он уходит в свою комнату, а я сижу и думаю, какой дерьмовый шторм надвигается на нас.
Бетани
Середина ноября. Выходные в честь моего дня рождения.
— Куда мы едем, ребята? Серьезно, я ненавижу сюрпризы, — спрашиваю я в миллионный раз. И дуюсь. Последние несколько часов у меня на глазах была повязка, пока ребята везли нас к месту сюрприза на мой день рождения. — Я понимаю, что вы, чудаки, хотите выложиться по полной, но так ли уж необходима повязка?
— Да, — говорят они все в унисон, явно устав от моих плаксивых выходок.
— Ну, не у вас придурков, завязаны глаза, — ворчу я.
Парни ворвались в мою комнату в семь утра, разбудив меня и сказав поторопиться. Мне не разрешили собрать сумку, так как они «позаботились об этом» и уже приготовили для меня одно из моих платьев для теплой погоды, как только я выскочила из душа без нижнего белья.
Бред. Все это, думаю я про себя, когда меня внезапно срывает с места во внедорожнике и прижимает к груди Синклер. Он обхватывает меня рукой за шею, сжимая крепче.
— Повтори это еще раз, котенок
Мое тело мгновенно покрывается мурашками, и лоно сжимается, когда аромат Синклера доноситься до меня. Я не уверена, каким одеколоном он сегодня воспользовался, но запах опьяняет. По правде говоря, когда я рядом с ними и чувствую аромат их одеколонов, то превращаюсь в похотливую, возбужденную размазню.
За последние несколько недель после того, как Синклер, наконец-то, пробился сквозь мою последнюю защиту и трахнул меня как «свою маленькую шлюшку», как он любит красноречиво выражаться, все происходило в суматохе.
Мы потратили три чертовых часа на составление контракта с деталями того, что я не против делать или использовать в сексуальных целях, и жесткие ограничения. Я довольно легко согласилась на большую часть, так как не слышала ни о чем подобном. Но мне дали понять, что если мне это не понравится, то это легко может стать жестким ограничением, и Синклер будет это уважать. Мы также обсудили, что если правила будут нарушены, для любой стороны, то следуют последствия. Пару раз я уже получала по заднице и несколько раз за несдержанные слова. Но давайте посмотрим правде в глаза, я никогда не любила играть по правилам, поэтому обычно вполне заслуженно получаю наказание.