Потянув за зажимы на сосках, Бетани стонет, но не сводит с меня глаз. Улыбаясь, я хвалю ее: — Хорошая девочка. — Затем прижимаюсь к ней для последнего поцелуя, прежде чем спуститься к ее киске. Пока целую ее, не свожу с нее глаз. Она сопротивляется, но поддерживает зрительный контакт, как я и просил.
Когда я устраиваюсь поудобнее, то закидываю ее ноги себе на плечи, открывая безупречный вид на ее истекающую соками киску. — Чертовски идеальная кошечка, — говорю я, целуя ее клитор.
Ее бедра начинают покачиваться, умоляя о большем прикосновении, а с губ срывается сладкое хныканье. Не в силах больше ждать, я медленно провожу языком от основания ее киски до клитора.
Господи. Она на вкус как самый сладкий персик. Глубокий стон вырывается из меня и вибрацией отдаётся в ее бедрах, а моя хватка крепнет, я притягиваю ее к себе ближе, чтобы поглотить ещё больше.
Я набираю темп и начинаю жестокую атаку, проникая и вращая языком глубоко в ней. Я наслаждаюсь тем, как спазмирует ее вагина, а ее бедра прижимаются к моему лицу для большего давления. Я чувствую, что она все ближе и ближе к разрядке, и когда двигаюсь вверх, чтобы сильно пососать ее клитор, ее крик эхом отражается от стен вокруг нас.
Я крепко сжимаю пробку в руках, согревая, чтобы Бетани не испытала дискомфорта. Когда та, наконец, согревается, я ввожу ее во влагалище, чтобы она покрылась соками. Видимо, пробка все еще холодная, потому что бедра Бетани дергаются, едва не разбив мне нос, но я вовремя уклоняюсь.
— Котенок, говори. Какой твой цвет?
Она не отвечает, поэтому я еще раз крепко шлепаю ее по заднице. Достаточно, чтобы вызвать жжение и напомнить ей о нашем соглашении.
— Зеленый. Черт возьми, зеленый. Пожалуйста, не останавливайся. Я так близко.
Вместо того, чтобы ей ответить, я хватаюсь за пробку и проворачиваю ее еще несколько раз, прежде чем вытащить ее с всасывающим хлопком. Глаза Бетани не отрываются от моих, пока я аккуратно веду пробкой к ее заднице. Когда чувствую, как пробка упирается в ее задний проход, моя девочка напрягается.
— Я не причиню тебе вреда, котенок. Ты мне доверяешь?
Аквамариновые глаза поглощают меня целиком, пока она изучает мое лицо. — Да, сэр.
— Хорошая девочка.
Я начинаю слегка надавливать на пробку, одновременно работая языком по ее киске, чтобы она расслабилась. Проходит немного времени, прежде чем ее стоны и хныканье дают мне знать, что она снова потерялась в удовольствии, и я сильным толчком ввожу хорошо смазанную пробку полностью в ее попку, что приводит ее к мгновенному оргазму от стимуляции.
Я сглатываю ее соки, затем встаю и медленно начинаю погружать в нее свой истекающий член еще до того, как закончится ее оргазм.
— Синклерррр! — Черт! — кричим мы одновременно. Она — от всех ощущений, охвативших ее. Я — от того, как феноменально, мать ее, чувствуется ее киска, когда она пытается высосать жизнь из моего члена. Я едва вхожу в нее на несколько дюймов, когда мне приходится остановить ее движения, чтобы не кончить в следующие пять секунд.
Мое тело как будто попало в другую вселенную. Я чувствую давление от пробки, вставленной в ее задницу. Чувствую, как ее вагина обхватывает член, пытаясь засосать меня еще глубже. Впервые чувствую дополнительную стимуляцию от моего пирсинга уздечки, когда он бьется о ее шелковистые стеночки.
— Господи боже, Бетани, — хриплю я, пытаясь перевести дыхание и сосредоточиться. Ее бедра начинают покачиваться, и мне приходится удерживать ее на месте. — Котенок, остановись
— Тогда двигайся! — требует она.
— Женщина, ты хочешь, чтобы я кончил за пару секунд? Черт, я тоже хочу насладиться этим.
— О, так и будет.
Она одаривает меня злобной ухмылкой, и прежде чем я успеваю спросить, что, черт возьми, она имеет в виду, впивается пятками в мою задницу. Используя всю силу своих ног, она быстро вгоняет меня, пока член полностью не оказывается внутри, и я чувствую, как головка члена упирается в ее матку.
— Черт, чееерррт! — кричу я, глаза у меня закатываются, и черные пятна туманят зрение.
Крик Бетани вторит моему, и я думаю, что нас слышит весь кампус.
Эта чертова женщина убьет меня.
Мы не двигаемся с минуту, пока приходим в себя после ее дерзкого поступка. Когда кажется, что смогу сформировать связное предложение, я бросаю на нее взбешенный взгляд.
— Ты хочешь играть дальше, котенок? Ответь. Какой у тебя цвет?
Она отвечает с придыханием: — Зеленый.
— Недолго.
— Что ты…
Я не даю ей закончить свой вопрос и впиваюсь пальцами в ее бедра. Я вывел член до головки и снова вошел в нее с силой, которую не собирался использовать с ней. Бетани откидывает голову и издает гортанный стон, который приводит меня в неистовое исступление.
Я превращаюсь в дикого зверя, овладевая ею.
Поднимаю ее ноги вверх, чтобы она обхватила меня за шею, не сбавляя при этом темпа. Изменение ее положения дает мне возможность проникнуть еще дальше в ее глубины, и ее крики страсти соответствуют моим демоническим воплям, когда наши тела шлепаются друг о друга в потном месиве похоти, страсти и накопившейся агрессии друг к другу.
