Святые Бенгалии полностью

Бренность мира и неизбежность смерти привели Раячарана к решению отречься и отправиться на поиски вечного.

Итак, одним днём он сказал прощай мирской жизни и ушёл из дома, чтобы никогда не вернуться назад. Он не знал, куда идти. Но внезапно его озарило, что сначала ему необходимо попасть в город Бхаванипур района Багурна, чтобы увидеть богиню Дургу и затем поступить согласно её указаниям. Он так и сделал и, увидев мурти Божественной Матери, преисполнился счастья[164]. Мурти в Бхавинипуре было живое[165]. Раячаран решил остановиться там на некоторое время, питаясь в гостинице при храме.

Он принял решение совершить пурашчаран[166]. В назначенный день, день полного солнечного затмения, Раячаран принял омовение и в уединённом месте приступил к пураьичарану, в мокрой одежде и свободный от беспокойств. Он вскоре вошёл в транс, умиротворённый и безмолвный, неподвижный и уравновешенный, со зрачками, поднятыми вверх и потерявшимися под веками, с твёрдо зафиксированными на бусинах чёток пальцами, подсчитывающими круги, — сущее воплощение йоги, погружённое в медитацию. Его волосы на теле время от времени подымались дыбом, а само тело содрогалось с головы до ног. Затмение началось и закончилось, но он был на своём месте, а когда солнце появилось опять, сияя возмездием после своего поражения, у него изо всех пор тела выступил пот. Потоотделение было настолько обильным, что все наблюдающие за ним испугались его скорой смерти.

Один брахман сжалился над ним и попытался напоить чашкой молока. Он обмакнул кусок ткани в чашку и, выжимая её, стал капать молоко в открытый рот Раячарана. Когда его напоили таким способом, к нему вернулось сознание. Но он не мог стоять на ногах. Ему помогли добраться до ближайшего соседнего дома, где семья брахмана стала заботиться о нём и предложила ему оставаться у них, пока он не наберётся достаточно сил и не будет годен для своего дальнейшего рискованного духовного предприятия.

Раячаран Бабу поблагодарил за их милостивое предложение, но не мог удовлетворить его, поскольку он находился, по его словам, «в руках Бога», и должен действовать, подчиняясь указаниям Вселенской Матери, которая разговаривала с ним в глубине души. Брахманом овладело сильное любопытство узнать секрет, и он настоял объяснить, что тот имел в виду под этими словами. «Милосердная Мать, — заплакал Раячаран, как ребёнок, и начал говорить прерывающимся голосом, — она пришла, положила свои милостивые руки на мою голову и сказала, что мои молитвы услышаны, и встреча с гуру, которого мне предстоит найти, произойдёт на берегу Сараджу, и он утолит жажду моей души. Я спросил её, как мне узнать моего гуру, которого я не видел прежде. Она ответила, что расскажет ему обо мне, и он будет ждать моего появления, что он высокого роста с длинными руками, достигающими колен, с большими лотосными глазам, вытянутыми до самых ушей; что его прежнее имя было Джогендранатха Госвами из Кхардаха, а настоящее — Шанкараранья Пури, и он вообще не склонен обращать в свою веру, но всё-таки с её специального позволения примет меня в ученики; что он не обычный человек, а частичное воплощение Самого Нитьянанды, Кто не отличен от Шри Чайтаньи[167] в Его евангельской миссии[168] в мире. Сказав это, Мать исчезла, а дальше Вы сами знаете, как я оказался в Вашем доме».

Раячаран пришёл в Айодху. Он находился на пределе страстного ожидания, которое замирало и подымалось на цыпочки, когда он здесь и там вглядывался в лица садху на берегу реки Сараджу. Внезапно он заметил садху с деревянным кувшином в руках, вошедшего в лес после завершения омовения в святых водах Сараджу. Садху тоже увидел Раячарана и сказал, улыбаясь: «Очень хорошо, ты явилось, моё дитя? Добро пожаловать! Я ожидал твоего прибытия». Раячаран подбежал к нему и распростёрся в поклоне у его стоп. Садху положил, благословляя, свою ладонь на голову Раячарана, затем взял его за руку и повёл в свою отшельничью хижину.