«Прошлой ночью я очень горевала, оттого что думала, что Навадвипа дада безразличен ко мне и поэтому не приснится мне хотя бы раз. Думая об этом, я уснула и увидела, что Навадвипа дада сидит рядом со мной, положив руку на мою грудь, и говорит с обаятельной улыбкой: «Лалита! Что с тобой случилось?» Я ответила: «Дада! Ты ушёл. Возьми меня к себе. Я здесь сильно страдаю». Дада сказал: «Поживи ещё ради служения дада[263]. Если ты оставишь тело, дада будет испытывать большие неудобства». Я ответила: «Да, как будто, я оказываю ему великое служение. Вместо того, чтобы хоть как-то помогать ему, я сама принимаю его служение. Будь милостив ко мне, я не хочу жить, обременяя других. Я хочу быть с тобой». Но он не согласился. Поэтому я прошу тебя простить мои оскорбления и благословить меня, чтобы я могла оставить это тело и рождалась бы снова жизнь за жизнью в подходящем теле для служения твоему прабху». Затем, словно собираясь немедленно выйти из тела, она продолжила: «Прямо сейчас у меня нет просьб, нет желаний, кроме одного, чтобы великодушный и всегда милостивый прабху удостоил меня своим даршаном в последний момент моей жизни». С этими словами Лалита горько заплакала. Мадху Дас сел рядом с ней, повторяя Харинаму. Её тело начало остывать. В это время Бабаджи Махашая вернулся из храма Джаганнатхи и направился прямиком в комнату Лалиты Даси. Мадху Дас увидев его, сразу громко зарыдал. Лалита Даси была не в силах подняться и сесть на кровать или что-нибудь произнести.
Из её глаз заструились слёзы. Бабаджи Махашая постоял неподвижно несколько минут, затем сказал: «Это то, чего желает Нитай Чанд. Пусть исполнится Его воля», — и ушёл.
Уходя, он быстро прикоснулся к её правой руке большим пальцем своей левой ноги так, что никто не заметил.
Лалита Даси прошептала Мадху Дасу нежным голосом: «Дада! Я молилась в уме прабху, чтобы он дал мне даршан в последний момент. И он не только милостиво пришёл в мою комнату, но также благословил меня прикосновением». Сказав это, она снова заплакала.
Бабаджи Махашая вышел и сказал нескольким своим ученикам: «Лалита скоро сделает свой последний выдох. Принесите её в храм». Они побежали к ней и увидели, что она действительно собирается умереть. Преданные подняли её и понесли в храм. Но не успели они сделать несколько шагов, как её глаза остекленели, а дыхание прекратилось. Все подумали, что она умерла. По просьбе Бабаджи Махашая мёртвое тело положили перед Тхакуром.
В это время в ашраме гостил Шри Мадхава Дас Бабаджи, старший брат в боге Бабаджи Махашая. Бабаджи Махашая попросил его и остальных преданных простить Лалите Даси все оскорбления, которые она могла совершить осознанно или нечаянно, и благословить умершую, поместив ей на лоб свои стопы, чтобы она, оставив материальное тело, смогла обрести духовное, подходящее для служения Радхе и Кришне в соответствии с её бхавой. Преданные исполнили его просьбу. После этого в храм случайно зашли три враджабаси вайшнава. Бабаджи Махашая поклонился им и тоже попросил их благословить Лалиту и поставить ей на голову стопы. Они сперва отказывались, но, когда Бабаджи Махашая рассказал о её качествах как идеальной преданной, согласились. После того, как враджабаси сделали, о чём их просили, Мадхава Дас Бабаджи обратился к Бабаджи Махашая: «Мы дали ей пыль с наших стоп. Почему ты не даёшь? Я верю, что как только ты благословишь её прикосновением своих стоп, она будет в порядке».
Бабаджи Махашая ответил: «Ты веришь, но верит ли она?» Мадхава Дас Бабаджи сказал: «В этот момент вопрос о её вере стоять не должен, поскольку она лежит мёртвая. Это моя вера сделает своё дело». Закончив говорить, он взял Бабаджи Махашая за руку и подвёл его к покойнице. Бабаджи Махашая поместил правую ногу на её лоб и произнёс: «Джай Нитай! Джай Нитай!» Мёртвое тело немедленно ожило. Едва открыв глаза и увидев Бабаджи Махашая, Лалита Даси поднялась и села.
Бабаджи Махашая сказал ей: «Ты очень удачлива. К тебе прикоснулись стопы трёх враджабаси вайшнавов. Их благословения подарили тебе новую жизнь. Поклонись им». Лалита Даси поклонилась враджабаси и другим вайшнавам.
Бабаджи Махашая продолжил: «Обрати внимание, ты совершила оскорбление Тхакуру. Поскольку Он тебя сейчас простил, ты должна Ему помолиться, чтобы Он дал тебе шакти (силу) никогда снова не делать оскорблений».
«Что плохого я сделала? Я не знаю. Милостиво объясните мне», — поспросила Лалита.
— Твоё оскорбление заключается в том, что кроме бхоги, предлагаемой Тхакуру как части ежедневного служения, в ашрам поступает еда, которую время от времени приносят преданные. Ты даёшь её нам без предварительного предложения Тхакуру.
— Но если кто-нибудь даёт специально для Вас, а не для Божеств, тогда что делать?
— Тогда это тоже будет воровство. Мир, в котором мы живём, принадлежит Тхакуру. Что-либо, данное кому-либо, — Его собственность.
