Но шастры говорят, что гуру и Господь тождественны: на гурорадхикам татвам на гурорадхикам танах. Тогда какой будет вред в том, если мы предложим что-нибудь, не предложенное Тхакуру, гуру?
— Таттва (реальность, как она есть) и лила различаются между собой. В таттве гуру и Тхакур не отличны, но в лиле они отличаются. Если ты не признаёшь это, тогда бхога, предложенная Тхакуру, также предложена гуру. Когда Тхакур ест, гуру ест тоже. Поэтому нет нужды предлагать гуру прасад Тхакура.
«Прабху! Я не знаю, какие я совершила вам оскорбления. Все простите меня и благословите, чтобы я никогда их больше не совершала», — сказала, плача, Лалита Даси.
На третий день Кунджа Дас, кто готовил на кухне ашрама, пока Лалита болела, заболел сам. Бабаджи Махашая сказал Лалите Даси приступить к служению поваром. Она начала готовить. Жители ашрама очень удивились и обратились к Бабаджи Махашая со словами: «Лалита всё ещё слаба. У неё нет сил даже сидеть или двигаться. Как она может готовить для пятидесяти или шестидесяти человек?»
Бабаджи Махашая ответил: «Шакти не обретается, подобно фрукту с дерева, и не падает, как дождь с неба. Шакти приходит от служения. Когда она займётся служением Тхакуру, Он даст ей необходимую силу».
Так оно и произошло. Лалита Даси готовила и не чувствовала никаких трудностей. На следующий день, только Бог знает, что пришло в ум Бабаджи, но он организовал вечером бхогу для Джаганнатхи и вайшнава-севу[264]. Были приготовлены кхир из сорока литров молока и соответствующего количества риса и сахара и много других блюд, и всё — одной Лалитой. Было приглашено более ста пятидесяти вайшнавов, и опять попросили одну Лалиту раздавать прасад. Она поклонилась стопам Бабаджи Махашая и начала выполнять служение, закончив его без какой-либо слабости или усталости. Все пришли в изумление. Кто-то отнёс это чудо к её вере, а некоторые посчитали результатом крипа-шакти Бабаджи Махашая.
Однажды Бабаджи Махашая проверил, насколько терпелива и вынослива Лалита Даси. В то время все его ученики и спутники жили в Джханджапита матхе, а он сам, НаваДвипа Дас, Лалита Даси, Расарангини Даси и Кунджадаса Бабаджи — в Кундже Радхарамана.
В Кундже Радхарамана Бабаджи Махашая обычно ел прасад Радхарамана, тогда как остальные — махапрасад, который приносила Кусумой Манджари Даси из Джханджапита матха.
Одним днём Радхараману предложили бхогу, один килограмм варёного риса. Махапрасад был съеден Бабаджи Махашая и четырьмя другими гостями, оказавшимися там во время обеда. Когда они поели, пришло еще четыре человека. Бабаджи Махашая попросил Лалиту Даси приготовить для них еще килограмм риса. Навадвипа Дас сходил за бхикшей и принёс два килограмма риса из дома Кунджа Бихари Рая. Лалита Даси сварила один килограмм риса из принесённых двух и, предложив Радхараману, накормила махапрасадом гостей. Только они закончили есть, как появилось ещё несколько преданных. Бабаджи Махашая опять сказал Ладите идти на кухню. Она приготовила оставшийся рис. К этому времени доставили махапрасад из Джханджапита матха. Бабаджи Махашая попросил Лалиту Даси раздавать всем преданным только что сваренный рис вместе с махапрасадом из матха. Когда все поели, Бабаджи Махашая сказал Кусума Манджари Даси и Расарангини Даси доесть всё, что осталось. Они ему напомнили: «Лалита Даси ещё ничего не ела. Может её тоже пригласить?» Бабаджи ответил: «Не беспокойтесь о ней. Съешьте всё». Они не стали долго упрямиться.
Когда они всё съели, Бабаджи Махашая ушёл отдыхать. Вдруг пришёл человек из матха Джена и принёс чирву[265], молоко и сладости. Бабаджи увидел его из окна своей комнаты и сказал Лалите: «Не предлагай ничего Радхараману прямо сейчас. Позволь Ему отдохнуть. Предложишь, когда Он проснётся. А сейчас оставь все кушанья в моей комнате».
Лалита Даси поняла, что у Бабаджи Махашая появилась какая-то новая затея. Она улыбнулась и принесла чирву, молоко и сладости к нему в комнату. В четыре часа их предложили Радхараману. Бабаджи Махашая принял горсть махапрасада, а остальное раздал всем преданным, избегая только Лалиту Даси. Затем он с улыбкой взглянул на неё и произнёс: «Ах! Я забыл про неё. Не имеет значения, её намерениям послужат остатки, прилипшие к стенкам горшка». В согласии с этими словами Лалита Даси поскребла в горшке рукой и затем положила один палец в свой рот. Удивительно, но этого хватило, чтобы унять её аппетит и доставить ей полное удовлетворение.
