«Да, прабху (господин)», — со сложенными руками ответил Кришна Дас.
Санатана Госвами сказал: «Обрати внимание, шастры (писания) безграничны. Никто не должен умирать из-за того, что не знает их полностью. Я благословляю тебя: с сегодняшнего дня ты можешь не изучать шастры, они сами войдут в твоё сердце и озарят его знанием. Не думай больше о самоубийстве. Мы хотим выполнить через тебя великую миссию».
Лалита добавила: «А я благословляю тебя тем, что, когда бы ты ни вспомнил о нас, в тот миг твоё сердце наполнится светом нашего присутствия, и ты откроешь новый вид бхаджана, который принесёт пользу вайшнавам, проживающим во Вриндаване». Сказав это, Санатана и Лалита прикоснулись своими стопами к голове Бабаджи Кришна Даса и исчезли.
С этого дня Кришна Дас вместо изучения «Харинамы Вьякараны» начал преподавать её желающим. Он также стал обучать новому методу лила-смаранам (созерцания божественных игр) разработанному им самим, в котором аштакалья-лила[37] Радхи и Кришны, описанная в «Говинда-лиламрите», «Санкалпа-калпадруме», «Кришнадагити-чинтамани», «Кришна-бхаванамрите» и других писаниях, созерцается вместе с аштакалья-лилой Шри Чайтаньи Махапрабху.
В аштакалья-лила-смаранам садхака (практикующий) воображает себя в трансцендентном теле (сидха-дехе), соответствующем виду бхакти, к которому у него есть естественная склонность и служит Радхе и Кришне день и ночь посредством этого тела[38]**. Постоянные упражнения в медитации или смаранам разворачивают перед ним всю Враджа-лилу. Он входит в эту лилу в своём воображении с помощью служения Радхе и Кришне, в соответствие с принятой им определенной бхавой или настроением бхакти, и живет в экстазе этого наслаждения. Представляемое трансцендентное тело (анташчинтита сиддха деха), однако, не является выдуманным. Оно ментальное отражение духовного тела, которым Бхагаван милостиво наделяет преданного. Существование трансцендентного тела, являющегося даром Бхагавана, подтверждается второй строкой шлоки 3.9.11 «Шримад Бхагаватам», которая звучит:
ядяддхия та уругая вибхаваянти
тат-тад-вапух пранаясе сад-ануграхая[39].
Вайшнавы, получающие инструкции от Кришна Даса по аштакалья-лила-смаранам, собирались каждый вечер в его кутире и сообщали о своём бхаджане. Как-то один из вайшнавов вместо того, чтобы доложить о своей медитации, начал плакать. Когда Баба спросил о причине его слёз, он рассказал: «Баба, сегодня я не смог сделать никакого бхаджана. В утреннем лила-смаранам, когда я украшал правую руку Радхарани, мой ум так погрузился в лучезарную красоту Её руки, что, несмотря на все мои попытки высвободить его, я не смог проследовать далее». Баба ободряюще сказал: «Сегодня из всех успешным был только твой бхаджан».
Существует много историй о бхаджана сидхи (совершенном бхаджане) Бабаджи Кришна Даса. Однажды в медитации Баба участвовал в холи-лиле[40] вместе с Радхой и Кришной. В результате его тело было искрашено гулала (порошком из минерала ярко-красного цвета), кастури (мускусом) и другими красящими веществами различных цветов. Когда он после смаранам вышел из кумира, то пребывал в неполном внешнем сознании. Люди были очень удивлены, увидев его искрашенного красками и пахнущего неземным ароматом мускуса[41].
В другом случае Баба наблюдал в медитации, как Радха и Кришна только что вышли из озера Манаси Ганга после джала-кели (развлечений в воде). Лалита, Вишакха и другие сакхи (подруги Радхарани) были заняты их одеванием и украшением. Рупа манджари[42] с подругами собирали цветы для изготовления украшений. Бабаджи Кришна Дас стоял неподалёку в его сиддха манджари сварупе[43] с флаконом ароматного масла в руках. Услышав забавный и шутливый разговор Радхарани и Кришны, он был так переполнен бхавой, что стал сильно дрожать, в следствие чего флакон выскользнул из его рук и разбился. Повсюду распространился аромат масла. Люди, принимающие омовение в Манаси Ганге, были поражены, ощущая восхитительный небесный аромат, которого они никогда не испытывали прежде.
Когда они спросили Бабаджи о случившемся, тот ответил: «Что я могу сказать! Я апарадхи (оскорбитель). Я не подхожу для служения прия-приятаме (моим любимым Радхе и Кришне). Во время служения им я позволил флакону с ароматным маслом выпасть из моих рук. Аромат, который так поразил вас, был тем самым ароматом из флакона».
