Пергамское царство недолго владычествовало над Анталией. После кончины Аттала Второго ему наследовал Аттал Третий – его племянник, а на самом деле – сын. Как так получилось, пишет известный греческий историк Плутарх: «Эвмен, подвергшийся коварному нападению Персея, считался погибшим, и когда весть об этом достигла Пергама, то брат его Аттал увенчал себя диадемой, взял за себя жену брата и сделался царем сам. Узнав, однако, что его брат жив и возвращается, он вышел к нему навстречу, как обычно, окруженный телохранителями и с копьем в руке. Эвмен приветливо обласкал его, а на ухо ему шепнул: “Не рвись жениться, не увидев мертвого!” (стих из неизвестной трагедии Софокла, фр. 601. –
Увы, Аттал Третий – ученый-ботаник, зоолог, автор нескольких важных открытий в биологии и медицине, скульптор – не унаследовал государственных талантов дяди-отца (если верить хору опорочивших его проримских историков и их последователей: например, историк С.И. Ковалев в 1936 г. вообще наименовал его «маниаком»). Он неудачно повел свою внешнюю политику, в результате чего спровоцировал Рим – впрочем, это можно объяснить и иначе: римляне, может, как раз ждали момента, чтобы талантливый Аттал Второй отошел к праотцам, дабы прибрать к рукам Пергамское царство, отобрав его у Атталова малоопытного преемника. Однако последний пергамский властитель, если верить официальной версии, подверженной критике (см. выше главу о Пергии и особенно статью К.М. Колобовой «Аттал Третий и его завещание» в сборнике 1962 г. «Древний мир»), испросил у правителей мира права, как говорится, умереть царем в своей царской постели, после чего его земли, минуя законных наследников, отошли бы Риму. Римляне согласились, и когда Аттал Третий умер в 133 году до н. э., все его царство было поглощено Римской республикой – правда, после подавления восстания, поднятого побочным братом Аттала Третьего Аристоником под именем Эвмена Третьего. Четыре года восставшие противостояли римлянам и союзным им окрестным азиатским царькам, но к 129 году до н. э. все было кончено: римляне овладели всеми землями Пергама, а Аристоник-Эвмен Третий удавлен в тюрьме (мы еще вспомним о нем в 3-ей части книги).
При римлянах город-порт процветал, за исключением небольшого периода времени, когда его захватили киликийские пираты и использовали как свой опорный пункт – так же, как близрасположенные города Сида, Фаселис, Олимпос и Коракесион. В 77 году до н. э. римский полководец Сервилий Исаврик «зачистил» побережье от пиратов, а служил под его командованием, как мы отметили в предыдущей главе, молодой и тогда еще довольно мало известный Гай Юлий Цезарь. Исаврик вернул Риму Сиду и Анталию; Коракесион взял Помпей Великий; изгнали пиратов и из Фаселиса с Олимпосом. С этого времени Анталия еще в течение несколько веков оставалась крупным торговым и политическим центром (а местный философ-софист Модест был даже сопричтен знаменитым семи мудрецам Древней Греции). Потому неслучайно, что она стала одним из мест посещения апостолом Павлом и его спутниками во время его первого миссионерского путешествия. В книге Деяний сообщается, что апостолы «…проповедавши слово Господне в Пергии, сошли в Атталию» (Деян.14: 25). Современный город давно поглотил почти все эллинистические постройки, современные Павлу и Варнаве, и до наших дней дошли только укрепления порта, причем из всех его башен, датирующихся разным временем, от римского до сельджукского, только массивная круглая на квадратном основании башня Хыдырлык является древнейшей, предположительно – это эллинистический маяк.
